— Я быстро приму душ. Увидимся минут через десять.

Мне пришлось сдерживать себя — так велико было желание запрыгать по лестнице. Джаред смотрел мне вслед, пока я не помахала ему рукой из-за двери, затянутой москитной сеткой, после чего скрылся в густой листве.

На следующее утро я проснулась вся в поту. Джаред лежал рядом, но, к моему огорчению, не обнимал меня.

— Что не так? — тут же спросил он и протянул мне большой стакан ледяной воды.

— Почему ты так далеко? — Я выпятила губы и сделала большой глоток.

Джаред улыбнулся:

— Кондиционера нет. Пришлось принести вентилятор. — Он кивнул в угол. Там, рядом с матрасом, мерно покачивался вентилятор.

Я нахмурилась:

— Ты уходил?

— У себя в лофте следил, чтобы температура не повышалась: ты же спала под электрическим одеялом. Даже в холодные ночи я включал отопление только под утро, чтобы ты не перегрелась. А здесь такая влажность и жара… — Он запнулся и сдвинул брови.

— Ты переживал, не слишком ли мне жарко. — Я закончила фразу за него, избрав самую дипломатичную формулировку.

— Тебе было жарко, так что пришлось искать выход… ты и сейчас вся в поту, — сказал Джаред, явно напуганный ситуацией.

Я огляделась и заметила, что все окна открыты.

— Ты не спал всю ночь.

Джаред недовольно вздохнул:

— У тебя мог случиться тепловой удар, если бы мы спали рядом, а ты беспокоишься, удалось ли мне прикорнуть на часок.

— Тебе нужно больше чем часок, — заметила я.

— Я спал.

— Хорошо, — сказала я, отпила еще немного воды и поставила стакан на тумбочку у кровати. — Пойду приму душ, а то я вся липкая.

Джаред виновато кивнул и ушел в свою хибарку.

Я вымылась под душем, а потом перерыла стопку своих купальных принадлежностей и вытащила из нее кое-что совсем уж миниатюрное. Сойдет. Джаред просто обомлеет. Интересно, что купальник был сплошной, но предельно открытый, с драматическими вырезами — почти как бикини. Ярко-розовая ткань удерживалась вокруг бедер двумя золотыми колечками, а бретелька была всего одна — она надевалась на одно плечо, тогда как другое оставалось обнаженным. Я стояла у двери в развязной позе — рука на бедре — и ждала, как отреагирует Джаред.

Он упорно не поворачивался.

— Стоит ли мне поинтересоваться, что ты затеяла? — спросил он, почуяв мой бесовский настрой.

— Почему бы тебе не повернуться и не узнать все самому?

Джаред медленно обернулся. В тот момент, когда я оказалась в поле зрения, брови моего любимого поползли вверх, а рот едва заметно приоткрылся. Он силился подобрать слова и лучился от удовольствия. Невинно улыбаясь, я предложила:

— Не совершить ли нам пробную вылазку на пляж?

— Ух ты! — выдохнул Джаред, медленно обводя меня взглядом.

— Джаред?

— Да?

— Пляж?

— Возьму плавки, — ответил он, резко развернулся и исчез за стволами пальм, но тут же вернулся. Все это время я тихо посмеивалась.

Джаред приближался ко мне в свободных светло-голубых шортах; настала моя очередь восхищаться.

Все утро мы играли в воде, подныривали под волны и брызгались. Через час из-за деревьев вышла Синтия. Она опустилась в шезлонг и положила на песок книгу. Потом затеяла фотографировать: океан, рыбацкие лодки, меня, нас с Джаредом. Джаред выпросил у Синтии камеру и снял нас с нею.

Вернув фотоаппарат матери, он поднял меня с песка и повел к воде.

— Ты можешь заменить мою фотографию с ночного столика на такую, где мы вместе, — сказала я, думая о черно-белом снимке при кровати Джареда.

Он улыбнулся и плеснул на меня водой:

— Я куплю еще одну рамку. А ту твою фотку я берегу.

— Почему? Это же снимок скрытой камерой, — спросила я, неодобрительно морща нос.

Джаред посмотрел на меня влюбленным взглядом:

— Некоторые фотографии из тех, что хранятся в сейфе у Синтии, делал я. И тебя снял тогда же… зачем — сам не знал. — Он взял меня за руку и притянул к себе. — В тот день я влюбился в тебя.

Я удивленно улыбнулась, а брови поползли вверх.

— Ты об этом не говорил.

— А раньше ты не просила заменить эту фотографию, — заметил Джаред, увлекая меня на глубину.

Через час он уговорил меня вернуться на пляж и позаимствовать у Синтии крем для загара; та предусмотрительно оставила его на песке, а сама вернулась в свой домик.

Я растянулась в шезлонге и взяла флакон, но он тут же перекочевал в руки Джареда, и мой заботливый друг выдавил на ладонь добрую порцию белого крема.