Москва: ACT — Люкс, 2004. — 701 с.

Пер. с англ. (Серия «Классика мировой фантастики»). 3000 экз.

Этот американский фантаст немецкого происхождения (не только по фамилии: сам Шмиц родился в 1911 году в Гамбурге) не является звездой первой величины на небосклоне НФ США. Российскому же читателю он вообще долгое время был известен лишь по двум рассказам и опубликованной в «Если» повести «Ведьмы Карреса». Вместе с тем Шмиц — занимательный рассказчик, и, не стремясь создавать колоссальные полотна будущего или поражать читателей глубиной метафизических размышлений, он все же писал интересную приключенческую НФ, обычно основанную на оригинальных, хотя и не слишком глубоких идеях.

Действие большей части своих произведений фантаст разворачивал в Федерации Ядра Звездного Скопления. Этот огромный комплекс землеподобных миров был в основном исследован людьми после периода галактических войн, когда первые местные колонисты потеряли связь с Землей. Регулирует взаимоотношения между планетами в Скоплении так называемое Над-правительство, которому подчиняется нескольких федеральных служб.

Работе одного из таких учреждений — Службе Психологического Сервиса — по большей части и посвящен данный сборник.

В сущности, вся книга «Разные лики Пси» рассказывает о перипетиях жизни самой популярной героини рассказов и повестей Д.Шмица — девушки-телепатки Телзи Амбердон, агента Пси-Сервиса. Только в двух рассказах сборника Телзи не появляется непосредственно — «Налакийская кровь» и «Звездные гиацинты». Однако первый рассказ оказывается тематически связан с самым, пожалуй, известным произведением из цикла о Телзи — повестью «Забавы «Львиного народа». Во втором же рассказе действует сотрудник детективного агентства «Кайт Интерстеллар» Вэлан Дэсинджер, хороший знакомый Телзи, помогавший ей в нескольких расследованиях.

Увлекательно написанные истории приключений телепатки с планеты Орадо вполне способны развлечь читателей. А на большее Шмиц и не претендовал.

Москва: ЭКСМО, 2004. — 736 с. (Серия «Русская фантастика»). 8100 экз.

Роман Волховского — значительное событие в сфере мистической фантастики. Дело здесь не столько в его «эпопейном» объеме, сколько в вечных темах, затронутых московским автором. Исполняются сроки, и в мир приходит антихрист, называющий себя Богом. Ему дано вершить великие чудеса, воскрешать людей, уничтожать целые народы и даже объединить планету, стерев границы с политической карты. На него работает современный интеллигент, христианин, но с такой «мистической пустотой» в душе, что служба врагу человечества кажется ему вполне удобной и логически объяснимой. Подняли его на самый верх, сделали черным апостолом и наместником сатаны с правом вершить власть на огромных пространствах — он и рад. Хоть и распознал дьявола в одеждах Бога, но все равно служит «за молоко и колбасу». Но поскольку человек он незлой, неглупый и сомневающийся, ему совсем не хочется пропасть в бездне. Когда земная держава антихриста начинает шататься, черный апостол переходит на другую сторону. Иное дело, что путь из бездны оказывается для него гораздо тяжелее, ведь падение — логично, а очищение души — иррационально, болезненно и крайне некомфортно в материальном смысле…

Сценой для романа служит альтернативный мир начала XXI века: в нем отсутствует православие, изменены кое-какие исторические реалии, да еще святые люди разных конфессий обрели земное бессмертие. Смысл введения некоторых альтернативных черт не ясен: легко можно было бы обойтись и нашим миром, реальностью-1. Роман не оставляет впечатления яркого художественного текста: действующим лицам не хватает объемности и тепла. Все они холодноваты, все они, кажется, созданы очень рассудочным человеком, который наспех выписал им по поллитре эмоций на нос, поскольку должны ведь у людей быть какие-нибудь эмоции… Однако недостатки книги — обратная сторона ее достоинств. Роман «Люди огня», по сути, представляет собой религиозно-философский трактат, поданный в художественной форме, и читая его, можно получить удовольствие от сильного и независимого ума автора.

Москва: ЭКСМО, 2004. — 576 с. (Серия «Перпендикулярный мир»). 7100 экз.

Общая концепция такова: сборник интеллектуальной фантастики. Налицо преемственность названия (в антологию 1990-го входили настоящие шедевры), а также похвальное, демонстрируемое порядковым номером года на обложке желание издателя продолжать проект.

Большинство текстов ранее публиковалось. По мысли составителя, данные произведения (или фрагменты крупных произведений) «перпендикулярны» массовому «макулатурному» потоку. Их авторы стремятся — каждый по-своему — расширить пространство фантастической литературы. Некоторые для этого возвращаются к традициям «Уральского следопыта», другие осваивают возможности «чернушной» прозы. А заслуженные фантасты пробуют силы в жестком реализме. Наиболее интересны, конечно же, рассказы. Особенно хочется отметить произведения К.Бенедиктова и Н.Красникова. Да и в целом список авторов внушает уважение. Не все творческие эксперименты можно назвать оригинальными, но все они значимы для развития жанра.

Однако я не готов принять в качестве концепции идеологический экспромт В.Березина, помещенный здесь вместо предисловия. Березин интересен как писатель, но зачем он выступает экспертом по фантастике, с историей которой знаком понаслышке? Для него все — впервые. Возможно, В.Березин всерьез полагает, что термин «гетто» применительно к сообществу фантастов первым ввел А.Шмалько. Автор предисловия похож на Рип Ван Викля, который проспал сорок лет и теперь, потрясая бородой, выкрикивает грозные призывы, потерявшие смысл. Особенно интересно было узнать, что отечественная фантастика переживает кризис, который — представьте себе — состоит в том, что фантастика не придерживается общелитературных норм. Смех, аплодисменты. Разумеется, никому не запрещено требовать «общего гамбургского счета с остальной литературой». Нужно только помнить, что традиции фантастики сами по себе интересны и способны составить основу для интеллектуального проекта любой сложности. И что литературное качество в фантастике достижимо лишь на путях самой фантастики.

Книга Олафа Стэплдона «Последние и Первые люди» произвела сенсацию, заставив критиков сравнить автора с самым известным английским фантастом всех времен — Гербертом Уэллсом. Да и дальнейшие работы Стэплдона вызывали интерес, хотя и меньший, нежели история двух миллиардов лет эволюции человека — от наших времен до окончательного исчезновения последнего подвида Homo sapiens. А затем работы Стэплдона перешли на положение «полезных ископаемых»: сотни авторов откровенно заимствовали у него темы и сюжеты, тогда как читатели равнодушно проходили мимо переизданий книг английского философа и литератора. И это несмотря на подчеркнутое уважение, которое испытывали к творчеству Стэплдона многие выдающиеся фантасты, от С.Лема до Б.Олдисса. Столь противоречивая реакция на тексты Стэплдона за рубежом привела к тому, что в России его книги выходят под грифом «философия».