— Привет. Кэтрин, — сказал Марк, открывая дверь. — Нам по пути. Могу я тебя подвезти?

Кэтрин бросила взгляд на начавшую скапливаться позади них вереницу машин, и, решив, что сейчас не стоит отказываться, села рядом с ним.

— Спасибо.

— Как все прошло? — спросил он, внимательно следя за потоком машин.

— Мне сняли швы, и доктор Джайлс выписал меня, так что все прошло прекрасно, благодарю. На следующей неделе я выхожу на работу.

Марк искоса посмотрел на нее.

— Выглядишь ты значительно лучше, Кэтрин. Синяк почти прошел.

— Да. Я снова могу смотреть на себя в зеркало, — ответила она, уставившись в окно.

— Ты не отвечала на мои звонки. Почему?

Взгляд Кэтрин стал холодным.

— Мне кажется, ответ на этот вопрос очевиден.

— Все равно, ответь мне, — требовательно произнес он.

— Да будет тебе, Марк! — Презрительно произнесла она. — Ты все прекрасно знаешь. Неужели ты ожидал, что, вновь увидев тебя, я приду в восторг?

Марк стиснул зубы.

— Восторг или что-то еще, Кэтрин, но наша встреча не прошла для тебя бесследно. От врача невозможно скрыть участившийся пульс. — В его глазах появился блеск. — Мои прикосновения действовали на тебя точно так же, как и на меня. И уверяю тебя, тогда я перестал чувствовать себя врачом. Сестра Купер начала с подозрением наблюдать за мной. Не в моих привычках лишний раз навешать пациента, если только меня не вызывают к нему.

— Почему же я удостоилась такой чести?

Оставив ее вопрос без ответа, Марк въехал через ворота на пустую стоянку и, остановив машину, повернулся к ней.

— Черт побери, тебе это прекрасно известно. По той же самой причине, по которой я не мог забыть тебя все эти десять лет. — Он взял ее рукой за запястье и нащупал пульс.

Кэтрин перевела взгляд на его сильные длинные пальцы, одного прикосновения которых когда-то было достаточно, чтобы воспламенить ее. К сожалению, то же самое происходило и сейчас. Она поспешно отдернула руку.

— Это было давно, Марк. Верно, однажды тебе удалось зажечь во мне огонь. Но он уже угас.

— Его можно вновь разжечь, Кэтрин.

— Нет. — Она опустила голову, чтобы не видеть его лица.

— Почему?

— Тому есть множество разных причин, — коротко прозвучал ее ответ.

— Не только у тебя, — мрачно заметил он, и затем уже мягче добавил, — кое-что осталось неизменным, Кэтрин. Ты, например, по-прежнему носишь ту же прическу.

— Обычно я зачесываю волосы назад, — холодно произнесла она, надменно вскинув голову. — Но в настоящий момент я вынуждена скрывать шрам.

— А еще, — продолжил он, словно не слышал ее слов, — ты по-прежнему покусываешь нижнюю губу, и я не могу думать ни о чем ином, кроме как о желании поцеловать тебя.

— Отсюда я могу добраться до дома пешком, — встревожившись, сказала Кэтрин и, отпрянув от него, начала возиться с ручкой двери. — Прошу тебя, выпусти меня, Марк.

— Милая девочка, — насмешливо произнес он. — Успокойся. Я сейчас же доставлю тебя домой.

— Спасибо, — облегченно сказала Кэтрин и объяснила ему, куда ехать.

Остановив машину у ее дома, Марк мрачно оглядел полуразрушенный первый этаж.

— Боже мой, Кэтрин, тебе действительно повезло. Просто чудо, что не рухнуло все здание.

— От подобной мысли я частенько просыпаюсь ночью, — шутливым тоном заявила Кэтрин. — Спасибо, что подвез меня, Марк.

Он повернулся и посмотрел на нее, и Кэтрин вдруг почувствовала, как ее охватывает желание оказаться в его объятиях, вновь ощутить волшебные чары его поцелуев.

— Кэтрин, — срывающимся от волнения голосом произнес он, глаза его горели, и Кэтрин поспешно отвела взгляд.

— Какая удача, что ты случайно оказался на стоянке у больницы. Мне совсем не хотелось добираться домой на автобусе.

Он рассмеялся.

— Я вовсе не случайно оказался там. Я специально проверил, когда тебе предстоит прием у Ника Джайлса, и поджидал тебя.

— Вот как? Не стоило причинять себе лишние хлопоты, — безразлично сказала она. — До свидания, Марк.

И прежде, чем он успел что-то произнести, Кэтрин выбралась из машины и направилась к закопченным дверям подъезда, где столкнулась с Ханной. Глаза подруги загорелись от любопытства, когда она узнала сидящего в машине мужчину.