Шрифт:
Когда свадебное веселье было в самом разгаре, Олег встал и обратился к молодоженам:
– Пора в опочивальню.
Он повел их по коридорам, неожиданно свернул к входной двери, и они оказались на улице. Здесь их ждал великокняжеский возок и десяток варяжских дружинников.
– Дарю вам, дорогие молодожены, мое личное имение Вышгород. Расположено оно недалеко от Киева, в тихом красивом месте на берегу Днепра. Наслаждайтесь обществом друг друга, для медового месяца лучшего прибежища я не мог придумать. Давайте я вас расцелую!
Возчик гикнул, и возок помчался по улицам Киева, а потом вырвался на просторы полей. Игорь чуть не запел от радости: вот она, воля! Позади Киев с его неусыпными варяжскими дружинниками, а спереди городок, где он будет полным хозяином, в любую минуту сможет выехать к Елице, вообще сможет распорядиться своей судьбой так, как захочет!
Вечером они прибыли в Вышгород. Это была мощная крепость на берегу Днепра. Высокий холм обрывался отвесной кручей к реке, а со стороны суши был окружен глубоким рвом. Деревянные стены небольшой протяженности были очень высокими, с деревянным забором – «забралом», защищавшим его защитников от стрел противника. Да, князь Олег строил убежище для себя на совесть, в нем можно было спокойно отсидеться от любого противника не один месяц. Теперь его хозяином становился Игорь, и этим он был очень доволен.
Посредине крепости стоял двухэтажный терем, вокруг него располагались различные хозяйственные постройки. Ольга сразу нашла себе светлицу, ушла приводить себя в порядок. Игорь, считая себя хозяином, обошел строение. На втором этаже осмотрел просторные сени, предназначенные для устройства пиров. Рядом с ними разместилась княжеская палата, украшенная майоликовыми щитами и рогами оленей и туров, ее Игорь тотчас приглядел для себя. Несколько пустующих горниц будут принадлежать ему и Ольге, они распорядятся ими потом.
Он заглянул на нижний этаж, который был разгорожен на множество мелких помещений. Здесь находились печи, жила челядь, хранились запасы продуктов питания и разное имущество.
Все виденное чрезвычайно устраивало Игоря. Лучшего места для медового месяца действительно трудно было придумать. А теперь можно было и размяться, осмотреть окрестности. Игорь прошел в конюшню, облюбовал вороного коня, оседлал и выехал на нем к воротам крепостной башни. Там дежурил воин-варяг.
– Куда собрался, княжич? – довольно бесцеремонно спросил он.
– Собираюсь проехаться возле крепости.
– Не положено.
– Как то есть не положено? – возмутился Игорь. – Ты почему позволяешь себе так разговаривать с хозяином Вышгорода?
– Я подчиняюсь только Свенельду, сотнику великокняжеской дружины.
– Так зови его сюда!
Воин взял рожок, висевший у него на поясе, и дал протяжный гудок. Через короткое время из одного из помещений вышел варяг, невысокий, широкоплечий, светловолосый, годами немного моложе Игоря. Не спеша подошел, спросил, в чем дело.
– Я хозяин Вышгорода, мне его подарил великий князь Киевский Олег, – высокопарно начал Игорь. – Я желаю совершить конную прогулку, а твоя охрана чинит мне препятствия!
– Согласно приказу, данному мне лично великим князем, тебе, княжич, запрещено покидать пределы Вышгорода до особого на то распоряжения.
– Вот как? А если я захочу выехать по своим делам в Киев или другой город?
– Дружинники моей сотни выполнят приказ великого князя.
Тогда Игорь все понял. Слова Олега о том, что он дарит молодоженам Вышгород, были простым прикрытием заточения его в крепость на правах почетного пленника. Он знал варяжских воинов, которых нельзя было ни уговорить, ни разжалобить, ни подкупить. Поэтому молча кивнул сотнику и побрел к конюшне ставить на место вороного.
В тереме его встретила Ольга. Она всплеснула руками и проговорила восторженно:
– Ах, Игорь, здесь столько помещений! Давай с тобой поиграем в прятки…
VII
Потянулись скучные, нудные дни. С Ольгой Игорь встречался за обеденным столом, перекидывались ничего не значащими словами. Потом шел гулять. Взбирался на стены, подолгу смотрел в заднепровские дымчатые дали, в медленные воды Днепра, потом шел на другую сторону крепостных сооружений и разглядывал лесные массивы, раздольные поля и луга, на которых копошились люди. И постоянно ощущал на своей спине пристальные взгляды варяжских воинов, которые, как он знал, ни на мгновенье не упускали его из виду.
Когда надоедало одиночество, отправлялся в нижний этаж терема, разговаривал с челядью, беседовал с воинами. А сам постоянно думал об одном: как, каким способом вырваться из этой неприступной крепости и умчаться к Елице? Вовлекать кого-либо из челяди он не решался, потому что понимал: в случае провала будет жестоко наказан не он, а тот, кто попытается помочь ему бежать. Олег в таких случаях знал одно наказание: смерть. Причем самую жестокую, мучительную смерть, на придумки варяги были большие мастера.