Шрифт:
Артур вздохнул.
– Попробуй. – Он посмотрел на часы. – Репетиция длится чуть больше пяти минут и есть шанс, что твое вмешательство будет своевременным. Если они успеют разучить песню, никому из нас не спастись.
Представив себе последствия промедления, леди Карлейн взбежала по лестнице и практически ворвалась в комнату дочери. Уил и Агнесс едва успели отскочить от двери.
– Дорогая, мне надо с тобой серьезно погово…
Она оборвала себя на полуслове, заметив лорда Сейвуджа в изголовье кровати дочери.
Пауза длилась минуту, потом граф поднялся, закрыл дверь и непререкаемым тоном объявил о скорой свадьбе.
– Гейдж ответила вам согласием? – спросила леди Карлейн.
Лорд Сейвудж пожал плечами.
– Практически. Хотя, в ваших интересах не уточнять, что именно она ответила.
Леди Карлейн согласилась, что не в ее интересах спорить с графом. Если даже Гейдж не сказала "да", ей придется выйти замуж. Она строго посмотрела на дочь.
– Дорогая, как ты думаешь, поверим лорду Сейвуджу на слово и не станем привлекать свидетелей?
– Мама, я…
Леди Карлейн нетерпеливо махнула рукой.
– Мы обсудим все подробности с леди Сейвудж, – она улыбнулась при мысли о родстве с графиней, – а вы пока можете продолжать готовиться к музыкальному вечеру.
– Вечеру? – переспросила Гейдж.
– Конечно. Ведь ты этого так хочешь. Почему бы не пойти тебе на встречу в такой радостный день? Я поговорю с отцом – он потерпит. К тому же, дуэт с лордом Сейвуджем обещает быть фееричней, чем с мисс Роу.
Граф ограничился улыбкой, а Гейдж запаниковала. Если она еще не отказала Сейвуджу, то сделает это сейчас, чтобы спасти от позора.
– Нет… Мой ответ нет… Мама…
Леди Карлейн поторопилась сбежать и, открыв дверь, заметила:
– Репетируйте не слишком усердно: у нас тонкие стены.
Глава N 8
Тейн посмотрел на часы: прошло почти двадцать минут, а мисс Карлейн упорно отказывалась от их совместного будущего. Раньше удавалось уговорить леди на куда более смелые поступки и гораздо быстрее. Стареет?
– Поздно предупреждать, – сказал он, бросив настороженный взгляд в зеркало, – о моем скверном характере. Я не люблю пререканий, уловок и ожидания, просто выхожу из себя, когда со мной спорят. На всякий случай напоминаю: я тебя скомпрометировал. Вопрос о нашей свадьбе решен, и тебе даже не придется задумываться о таких мелочах, как дата.
Гейдж молчала.
– Если недостаточно свидетелей, я приглашу твоего отца.
Упоминание лорда Карлейн возымело успех. Гейдж оживилась, поерзала на кровати, даже ненароком упустила кончик одеяла, который держала у подбородка, открыв тем самым приятную картину его взгляду. Тейн поспешно обернулся на дверь.
То, что видел он, более никому не должно видеть, даже случайно. Она удивительно хороша, и так… женственна и… слава тебе Господи, формами далека от измученных диетами мисс.
Но искушение тем соблазнительней, чем желанней. Он сам поправил уголок ее одеяла, не без сожаления, и встал, не без внутренней борьбы с собой.
– Меньше всего мне хочется видеть сейчас лорда Карлейн, – сказала Гейдж.
Тейн ухватился за эти слова:
– И ты выйдешь за меня?
– Да.
– Отлично. – Он немедля отбросил мысли о своей старости. – Не против, если свадьба состоится через два месяца, в Лондоне?
– Ты сказал, я не должна задумываться об этом.
Чертыхнувшись про себя, Тейн присел на кровать. Его невеста выглядела бледной и не слишком счастливой. Бледность легко списать на состояние здоровья, в чем совсем недавно можно было убедиться, а вот отсутствие радости – целиком его вина.
– Что не дает тебе покоя?
Его интерес выглядел непритворным, и Гейдж привела разумные аргументы против их брака. Лорд Сейвудж привел разумные аргументы за. Когда она сказала, что граф ее не любит, он заметил, что в данном случае все взаимно и его это полностью устраивает. Когда она сказала, что слишком стара и, возможно, не сумеет подарить ему наследника, тот с улыбкой сказал, что займется этим вопросом в брачную ночь и постарается развеять сомнения. Когда она сказала, что они совсем не знают друг друга, он начал с перечисления своих отрицательных черт, намекнув, что положительных тоже немало, и они приятно удивят в свое время.
Оставался последний довод, о котором лорд Сейвудж имел право знать и, набравшись храбрости, она призналась:
– Я не умею петь.
– Что?
– Я так же не вышиваю и не музицирую.
– Совсем?
– Да.
Несколько секунд граф пытался сдержать смех, но, видя искренне расстроенное лицо невесты, не удержался.
– Теперь я более чем уверен, что мы подходим друг другу, – успокоившись, сказал он. – Большая вероятность выносить чей-то вой с претензией на талантливость, а так же риск подвергнуть свои сорочки уколам кривой иглы долгое время удерживали меня от брака.