– Призраки не едят, и живые их увидеть не могут. Они не чувствуют ничего – а это хуже смерти! Тебя ударь – ты почувствуешь, по улицам ходишь – тебя видят. Разговаривать с людьми можешь, даже… хе-хе, к бабам ходить. А станешь призраком – исчезнешь!

– Подожди, Архип… – перебил я его. Разобраться в этой чертовщине было непросто. – Я и сейчас кое-чего не чувствую. Запах, например.

– И что, очень расстроился?

– Нет…

– Станешь призраком – все чувства потеряешь! – в ужасе проговорил Архип.

– Мне что, людей топить придется?

– Ну, здорового ты вряд ли утопишь – тут тебе и заклятье не поможет, разве что ночью, да в ненастье. А вот ребенка, или пьяного, или живность какую… Тут не зевай!

Архип что-то говорил, я же пребывал в шоке. Я должен топить людей? Да ни за что! Зачем? Иначе стану призраком? Что за дерьмо! Кто это выдумал? Я вспомнил, как Архип ужинал утонувшей или же утопленной собакой, и мне стало нехорошо. Подводная жизнь повернулась другой стороной, той, о которой я не знал. Даже не думал.

– Я не хочу топить!

– Я тоже не хотел, отрок. Жить и себя чувствовать захочешь – сможешь!

Дальше разговор скомкался. Архип, недовольный моим отказом, разнервничался, смотрел исподлобья, неразборчиво бормоча что-то под нос. Я тоже не мог ни учиться, ни слушать и поспешил выбраться из Обводного. Архип не препятствовал, пробурчал напоследок:

– Узнаешь еще, – и отвернулся.

Вечерний город заливал улицы бледным желтым светом, отпугивая наступавшую ночь. Я шел домой в полном смятении. Выходит, и впрямь водяные – нечисть, раз уготовано им людей топить. И я тоже нечисть! Топить людей… Вот для чего меня Архип учит! А не пошел бы он со своими уроками! Но… если стану призраком? Так что же – убивать?

Домой явился за полночь. Соседи спали. Я долго пил на кухне, восстанавливаясь после длительной прогулки. Даже в ванну решил не забираться, тихо проскользнул в комнату и лег спать.

Раздался звонок. Я разлепил глаза. Уже утро. Солнце светит в окно. Глянул на часы: еще рано, да и звонил вроде не будильник. Да и не заводил я его. Снова звонок, и я понял, что звонят в дверь. Кого там черт принес? Во рту сухо, пить хочется ужасно. Я повернул голову, схватил приготовленную бутылку с водой и присосался, как вампир к шее жертвы. Звонки следовали один за другим. Настойчивый кто-то. Ладно, сейчас открою.

Я встал, натянул тренировки и босой прошлепал к дверям:

– Кто?

– Откройте, милиция. Оперуполномоченный Васильев, – уверенный голос стоящего за дверью человека не вызывал сомнений в принадлежности к органам. Я нервно сглотнул. Это из-за той драки в клубе или…

– А что вам нужно?

– Нам нужен Бойцов Андрей Михайлович. Он дома? – вопросом на вопрос ответил мент.

– Н-нет, – промямлил я, лихорадочно соображая. Они не имеют права входить без ордера на обыск, подумал я, так во всех фильмах говорится. – Я сосед… его.

– Вы открыть можете? Хотелось бы с вами поговорить. Это ненадолго.

– А-а, подождите, я сейчас оденусь, – проговорил я и тут услышал щелчок открывавшейся двери и приглушенный мат. Сосед был дома! Заболел или еще что, но он был дома и шел открывать! Интуиция подсказала решение. Не дожидаясь, пока Олег покажется в коридоре и увидит меня, я стремительно бросился в ванную и закрылся. Вовремя. Звонок снова зазвучал, а за ним – шарканье ног по линолеуму.

– Кто там? – спросил сосед, и вопросы пошли по второму кругу.

– Милиция. Оперуполномоченный Васильев…

Далее их разговор я не слушал. Сейчас он их впустит, и мне придется проехать кое-куда, откуда я и так еле вырвался… Нет, не придется! Есть вариант! Или даже два. Смыться вместе с водой, в конце концов, оказавшись в реке, или на время стать невидимым. Нет, не выйдет. Пока я могу стать невидимкой только в воде, но не на суше. До Анфисы мне еще далеко.

Послышался щелчок замка. Впустил-таки, урод!

– Это вы со мной разговаривали?

– Нет, я только что подошел.

– Так Андрей Михайлович дома? Где его комната?

– Вот, – я услышал, как скрипнула дверь моей комнаты. Вот гады, не имеют права входить! Но попробуй, скажи им об этом! Лучше не высовываться.

– Никого нет, – сказал кто-то из ментов. По крайней мере, я слышал два голоса.

– Вы видели Андрея сегодня?

– Сегодня нет, но раз дверь открыта…

– Можно, я осмотрю квартиру?

– Смотрите.

Я вцепился в ручку и в хлипкий крючок, понимая, что хорошего рывка он все равно не выдержит. А затем понял, что выход есть.