Стихотворения
вернуться

Окуджава Булат Шалвович
Шрифт:

1960

ЧУДЕСНЫЙ ВАЛЬС

Ю. Левитанскому

Музыкант в лесу под деревомнаигрывает вальс.Он наигрывает вальсто ласково, то страстно.Что касается меня,то я опять гляжу на вас,а вы глядите на него,а он глядит в пространство.Целый век играет музыка.Затянулся наш пикник.Тот пикник, где пьют и плачут,любят и бросают.Музыкант приник губами к флейте.Я бы к вам приник!Но вы, наверно, тот родник,который не спасает.А музыкант играет вальс.И он не видит ничего.Он стоит, к стволу березовому прислонясьплечами.И березовые ветки вместопальцев у него,а глаза его березовыестроги и печальны.А перед ним стоит сосна,вся в ожидании весны.А музыкант врастает в землю…Звуки вальса льются…И его худые ногикак будто корни той сосны —они в земле переплетаются,никак не расплетутся.Целый век играет музыка.Затянулся наш роман.Он затянулся в узелок, горит он – несгорает…Ну давайте ж успокоимся!Разойдемся по домам!…Но вы глядите на него…А музыкант играет.

1961

В БАРАБАННОМ ПЕРЕУЛКЕ

В Барабанном переулкебарабанщики живут.Поутру они как встанут,барабаны как возьмут,как ударят в барабаны,двери настежь отворя…Где же, где же, барабанщик,барабанщица твоя?В Барабанном переулкебарабанщиц нет, хоть плачь.Лишь грохочут барабаныненасытные, хоть прячь.То ли утренние зори,то ль вечерняя заря…Где же, где же, барабанщик,барабанщица твоя?Барабанщик пестрый бантикк барабану привязал,барабану бить побудку,как по буквам, приказали пошел по переулку,что-то в сердце затая…Где же, где же, барабанщик,барабанщица твоя?А в соседнем переулкебарабанщицы живути, конечно, в переулке,очень добрыми слывут,и за ними ведь не надоотправляться за моря…Где же, где же, барабанщик,барабанщица твоя?!

1961

* * *

Всю ночь кричали петухии шеями мотали,как будто новые стихи,закрыв глаза, читали.Но было что-то в крике томот едкой той кручины,когда, согнувшись, входят в домпостылые мужчины.И был тот крик далек-далеки падал так же мимо,как гладят, глядя в потолок,чужих и нелюбимых.Когда ласкать уже невмочьи отказаться трудно…И потому всю ночь, всю ночьне наступалоутро.

1961

ПЕСЕНКА ОБ ОТКРЫТОЙ ДВЕРИ

Когда метель кричит как зверь —протяжно и сердито,не запирайте вашу дверь,пусть будет дверь открыта.И если ляжет дальний путь,нелегкий путь, представьте,дверь не забудьте распахнуть,открытой дверь оставьте.И, уходя, в ночной тишибез долгих слов решайте:огонь сосны с огнем душив печи перемешайте.Пусть будет теплою стенаи мягкою – скамейка…Дверям закрытым – грош цена,замку цена – копейка.

1961

ПЕСЕНКА О ПЕХОТЕ

Простите пехоте,что так неразумна бывает она:всегда мы уходим,когда над землею бушует весна.И шагом невернымпо лестничке шаткойспасения нет…Лишь белые вербы,как белые сестры, глядят тебе вслед.Не верьте погоде,когда затяжные дожди она льет.Не верьте пехоте,когда она бравые песни поет.Не верьте, не верьте,когда по садам закричат соловьи:у жизни и смертиеще не окончены счеты свои.Нас время учило:живи по-походному, дверь отворя…Товарищ мужчина,а все же заманчива доля твоя:весь век ты в походе,и только одно отрывает от сна:чего ж мы уходим,когда над землею бушует весна?

1961

* * *

Допеты все песни.И точка.И хватит, и хватит о том.Ну, может, какая-то строчкаосталась еще за бортом.Над нею кружатся колеса,но, даже когда не свернуть,наивна и простоволоса,она еще жаждет сверкнуть.Надейся, надейся, голубка,свои паруса пораскинь,ты хрупкая, словно скорлупка,по этим морям городским.Куда тебя волны ни бросят,на помощь теперь не зови.С тебя ничего уж не спросят:как хочется – так и плыви,подобна мгновенному снимку,где полночь и двор в серебре,и мальчик с гитарой в обнимкуна этом арбатскомдворе.

1961

КАК Я СИДЕЛ В КРЕСЛЕ ЦАРЯ

Век восемнадцатый.Актерыиграют прямо на траве.Я – Павел Первый,тот, которыйсидит России во главе.И полонезу я внимаю,и головою в такт верчу,по-царски руку поднимаю,но вот что крикнуть я хочу:«Срывайте тесные наряды!Презренье хрупким каблукам…Я отменяю все парады…Чешите все по кабакам…Напейтесь все,переженитеськто с кем желает,кто нашел…А ну, вельможи, оглянитесь!А ну-ка денежки на стол!…»И золотую шпагу нервноготовлюсь выхватить, грозя…Но нет, нельзя.Я ж Павел Первый.Мне бунт устраивать нельзя.И снова полонеза звуки.И снова крикнуть я хочу:«Ребята,навострите руки,вам это дело по плечу:смахнем царя… Такая ересь!Жандармов всех пошлем к чертям —мне самому они приелись…Я поведу вас сам…Я сам…»И золотую шпагу нервноготовлюсь выхватить, грозя…Но нет, нельзя.Я ж – Павел Первый.Мне бунт устраивать нельзя.И снова полонеза звуки.Мгновение – и закричу:«За вашу боль, за ваши мукисобой пожертвовать хочу!Не бойтесь,судей не жалейте,иначе —всем по фонарю.Я зрю сквозь целое столетье…Я знаю, ч т о я говорю!».И золотую шпагу нервноготовлюсь выхватить, грозя…Да мне ж нельзя.Я – Павел Первый.Мне бунтовать никак нельзя.

1962

ЛЕНИНГРАДСКАЯ МУЗЫКА

Пока еще звезды последние не отгорели,вы встаньте, вы встаньте с постели,сойдите к дворам,туда, где – дрова, где пестреют мазкиакварели…И звонкая скрипка Растреллипослышится вам.Неправда, неправда,все – враки, что будто бы старятстаранья и годы! Едва вы очутитесь тут,как в колоколакупола золотые ударят,колонныгорластые трубы свои задерут.Веселую полночь люби – да на утро надейся…Когда ни грехов и ни горестей не отмолить,качаясь, игла опрокинется с Адмиралтействаи в сердце ударит, чтоб старую кровь отворить.О вовсе не ради парада, не ради награды,а просто для нас, выходящих с зарей из ворот,гремят барабаны гранита,кларнеты оградысвистят менуэты…И улица Росси поет!