Едва они скрылись за деревьями, огромный взрыв разметал донжон. Потом пламя гигантского костра охватило развалины и стены замка. Огонь жадно лизал сухие бревна.

Ров с водой надежно охранял пожарище от распространения. Так что соседним поселениям и лесу ничего не грозило. Зато сам пожар виден издалека и теперь жители поселений будут наверняка знать, что власть барона закончилась. А на здешних землях новый хозяин – княжество хордингов!

Последняя мысль барона Хорнора была верна. Отряд Бадарса сгинул без следа. Его вели от самого замка, дали отойти на десяток верст и взяли в лесу, у поляны.

Все сделали по науке, как и положено хорошим выученикам. Перед передними всадниками упали подпиленные деревья, отрезая путь вперед. Еще несколько деревьев преградили дорогу назад. А из кустов и из-за деревьев в дружинников полетели болты. Били с убойной дистанции в три десятка шагов. Били две сотни арбалетов. Спасения от такого шквала не было.

Бадарс попытался дать команду к обороне, но она опоздала. А потом уже и сам сотник полетел с коня, выбитый двойным ударом болтов тяжелых арбалетов.

Бойня продолжалась недолго. Потом на дорогу вышли досмотровые группы и обошли всю побитую колонну. Десятка два дружинников еще были живы, кто ранен, кто успел упасть и залечь за повозкой или конем. Этих добивали фальшионами. Сопротивления почти не оказывали, пощады не просили, умирали молча или с проклятиями.

В разбитой колонне взяли уцелевших лошадей, повозки, собрали трофейное оружие и все железо, что нашли. Тела побросали в кусты. Лесные хищники похоронят убитых, кости растащат. А устраивать погребения нет времени.

Баронство Хорнор прекратило свое существование за трое суток. Причем большая часть времени ушла на марши и маневры и только совсем немного – на собственно боевые действия. В условиях обособленности населенных пунктов, в отсутствие быстрой системы связи и налаженного скоростного оповещения, из-за оторванности владения от соседей даже шансов на осмысленное сопротивление у Хорнора не было. Как не было его и у других дворян.

Кстати, подобная ситуация была и на Земле, местами даже до середины двадцатого века. Примерами тому служат и рейды «татарской орды», и налеты шаек разбойников, и даже поход армии Наполеона в Россию. Да и во Вторую мировую зачастую сельчане или жители небольших городов узнавали о приближении немцев, только когда их разведка въезжала на околицу.

Ведь боевые действия в основном ведутся вдоль линии дорог, трактов, неподалеку от русла рек. А те, кто живут в отдалении, зачастую самой войны и не замечают.

Через сутки оба полка вышли к границе с землями маркиза Агленса. За исключением одной пехотной роты и разведэскадрона полка Ортога. Не было с полками и Бердина. Он с отрядом шел к другой границе – с графом Мивусом. Предстояла сложная операция, скорее дипломатического характера. И Бердин хотел провести ее сам. От исхода дела зависело слишком много. Так что права на ошибку у него не было.

Кордонные заставы на землях графа Мивуса были поставлены поблизости от поселений, рядом с реками, озерами и всегда возле дорог. Граф, как и некоторые соседи, ставил на такие заставы выходцев из здешних мест. Им и привычнее, и родня поблизости. Только старшие застав были из графской дружины, они сменялись раз в круг. А остальные – два-три воина – жили на заставе постоянно. Благо до родного поселения рукой подать, а там и семья, и близкие.

От воинов застав требовалось только одно – следить за границей и предупреждать графа о попытках проникнуть в глубь владений. А также отгонять мелкие шайки разбойников.

Поэтому стражи кордонов были скорее егерями, а не воинами в полном смысле слова. Но дело свое они знали крепко и границу стерегли, как положено.

На одну из таких застав, стерегущих границу с бароном Хорнором, ранним утром и вышел чужой отряд. Старший заставы увидел десятков пять всадников в одинаковой одежде, едущих неспешным шагом. Отряд только шел к опушке леса, а старший уже послал воина к заставе, чтобы тот разжег сигнальный огонь.

Но воин успел отбежать на полсотни шагов и был перехвачен тремя всадниками. Они и заставили воина отвести их к старшему.

Командовал заставой немолодой уже и довольно опытный дружинник, побывавший и в крупном сражении, и переживший с десяток мелких стычек. Когда на дороге показались всадники, а впереди них бежал его воин, старший сразу понял, что выполнить свое дело они не успеют и что жить им осталось совсем немного. А еще – что в земли графа пришла большая беда.

Оставалось только решить, как быть – умереть с честью, приняв неравный бой, или попробовать выторговать свою жизнь. Даже ценой предательства. Хотя второй вариант был поперек души дружинника.