– Грабить пришел?
– спросил Пустотник, доставая из-за пазухи деревянную флягу.
– Выпить хочешь? Угощаю...

Он явно делал вид, что ничего не произошло. Шел себе человек, увидел открытую дверь в сад, а там уже другой человек околачивается, и никак не похожий на хозяина - отчего бы не похмелиться двум хорошим человекам? Глядишь, чего и обломится...

Я принял предложенную игру. Пусть от нее за стадию разило фальшью и притворством - я подошел к нему и отхлебнул из протянутой фляги. Молча. Я не знал, что говорить. И то, что плескалось во фляге, не было вином.

– Пей, пей, - заявил неправильный Пустотник, усаживаясь на приступочку и вертя в пальцах свою дурацкую палку. Я никак не мог понять издевается он надо мной или преследует какую-то одному ему известную цель. Приходилось ждать.

– Пей, приятель... Тут до тебя уже успели. Пауки, знаешь ли, ребята жареные... Палку видишь? Так она подлиннее была, а к концу железяка прикручена - плоская, вроде листа с того дерева... Здоровенная, острая, зараза... как называется-то? И не выговоришь...

– Ассегай. Варварский дротик.

Это были первые слова, произнесенные мной, и прозвучали они до того равнодушно и спокойно, что я подивился сам себе. Во рту остывал терпкий травяной привкус, жидкость во фляге можно было бы назвать чаем, не будь она зеленой и с сильным запахом незнакомых растений... Я расслабленно привалился к забору, а за спиной у меня молчал чистый убранный дом, с гребнем у зеркала и кинжалом на полу. Зеленый чай, окровавленный клинок и неторопливая беседа двух притворяющихся нелюдей.

– Ишь ты... Знаток, по всему видно... Вот черный-то и отмахивался этой штукой, пока мог, а мог он долго. Одного запырял до полной Реализации, остальные с ним застряли, да тройка матерых с той стороны зашла - и в дом. Как девку выволокли, так чернокожий заскулил, палку свою сломал и деру дал. Бежит по улице, а сам все озирается - и слезы по щекам... Дикий совсем. Чуть меня с ног не сшиб. Так и удрал. И пол-палки с наконечником утащил. А баба та, что у аристократочки в прислуге была...

Тут он расхохотался так искренне, что я на миг засомневался... но всего лишь на миг.

– Ой, не могу!
– ржал Пустотник, захлебываясь и разевая непомерно большой рот.
– Ой, кончусь сейчас!... Мегера та Пауку главному... центуриону... пол-уха отрубила! Он ее по морде, по морде - а кровищи!.. Так и хлещет... младшие Паучки еле позатирали...

Мне захотелось его убить. И в ту же секунду он прекратил веселиться и искоса глянул на меня. Хмуро поглядел, настороженно, и я понял, почему бой с Пустотником доводил бесов до безумия. Я понял - и все равно я хотел его убить.

– Ты пей, пей, - холодно протянул он, опуская палку к ногам, - чего зря стынуть, чайку-то... Пивал где такой? Зелененький?

Очень важно ему было получить ответ. Это я чувствовал. Предельно важно.

– Не пивал, - буркнул я, неожиданно ощутив, что вру. И щупальца чужого, чуждого восприятия сразу отпрянули, втянулись, скрылись...

– Ну и ладно, - засуетился вдруг Пустотник, - ну и ладненько, давай сюда фляжечку, и уходим... Мало ли кого власти стребуют, а мы ни при чем... Одно только странно: почему Паучки, а не блюстители? По всему видать - беса ждали, да не дождались. А теперь и вовсе не дождутся - бес, небось, в бега уйдет, ищи луну в пруду... Верно я говорю?

– Верно, - кивнул я и про себя подумал: "Сволочь ты... ящерица противная, скользкая..."

– Вот и я толкую, что верно... Только хорошо бы, чтоб нашелся добрый человек и передал тому бесу - пусть не уходит далеко. Игры скоро, а на Играх всякое может случиться... А то не пришлось бы потом локти кусать, что не успел вернуться вовремя. Хорошо бы - но мало добрых людей на этом свете, ой как мало... почти совсем нету. Добрых мало - свободных много, реализуют Право и уйдут. Ищи - свищи... Одни бесики живут себе, живут, режут друг дружку, зубами грызут на потеху гражданам, или кайлом помахивают, да только...

Он резко встал, и я вздрогнул, увидя стеклянный немигающий взгляд у самого своего лица. Дверь внутри него чуточку приоткрылась, и оттуда, из невозможной, невероятной глубины донесся острый, душный смрад просыпающегося зверя - и не зверя даже, но просыпающегося...

– Да только говорят знающие люди, - он сделал отчетливый акцент на слове "люди", - что есть на земле такие места, где и всякому отребью Право на смерть дадено... Придет, скажем, такой бесик в Зал Ржавой подписи, глядишь, и...

Знакомый шорох плеснул у меня в мозгу, тень, предчувствие, намек - и отступил, растворился... Пустотник уходил по улице, чуть приволакивая ноги, он скрывался за поворотом, а я смотрел ему вслед, и последние слова Пустотника еще звучали во внезапно сгустившемся воздухе...

На что ты надеешься, глупый, измученный, припадочный бес... кем ты проклят - и за что?!.

4

...Когда Пустотник свернул за угол, рядом с ним тут же объявился центурион Анхиз - возник из ниоткуда и зашагал вперевалочку, поправляя бронзовый шлем, все норовивший краем проехаться по окровавленной повязке вокруг головы.