Схему камер в школе я удалил, остальные данные не трогал. Дэбэшники вроде тоже ничего с ним не сделали – изменений не нашёл. Значит, всё в порядке, отдал в первозданном виде, моя совесть чиста.

– Да не за что.

Она тут же надела его, подключая к браслету. Просмотрела какие-то странички, затем отключила.

– Пока без него похожу. О, смотри, началось!

Из здания вышел маленький неприметный человек в деловом чёрном костюме, выделявшем его среди пёстрой толпы строгостью, занятостью. Какой-то менеджер мероприятия. Рыкнув на того самого охранника, он указал ему сначала на нас, потом на дверь за спиной. Охранник ошарашенно вытаращил глаза, попытался что-то сказать, но человек в чёрном вновь рыкнул и кивнул себе за спину. Тот развернулся и ушёл.

После этого человек спустился к нам и вежливо поклонился моей спутнице:

– Сеньорита, произошло недоразумение. Прошу простить меня, виновные будут наказаны, подобное не повторится.

По его лбу стекал пот. Он боялся Бэль, говорил с трудом, словно выдавливая слова из себя.

– Хорошо.

Бэль не стала строить из себя оскорблённое достоинство, подозреваю, из-за меня, и мы направились к входу. Человек засеменил следом, я даже спиной чувствовал, какое облегчение он испытал.

Остальные охранники в ливреях при нашем приближении поклонились. Урок даром не прошёл.

Мы вошли внутрь. Бэль сунула букет чёрному человеку и что-то сказала. Потом взяла меня за руку и потащила дальше, не давая рассмотреть холл и окружающих.

– Я распорядилась отвезти цветы домой, а то завянут. Пойдём в буфет?

– Зачем?

– Я не завтракала. Покраска, сушка, макияж… пока всё сделаешь!

«Шимановский, читай между строк: чтобы тебе понравиться, я всё утро провозилась, даже не завтракала».

«Ой ли из-за меня?»

«Придурок! А то ты женщин не знаешь! А из-за кого ещё?»

Я не стал себе ничего заказывать. Цены тут не просто кусались, сильно кусались, а неограниченными финансовыми возможностями, как некоторые, я не располагал. Бэль же трескала за обе щеки, не забыв заказать и мороженое. Не много, порции четыре.

– Как я понял, ты – фанатка Золотого века, – решил я начать отвлечённую беседу, чтобы не скучать, пока она при деле.

– Это плохо?

– Нет. Просто интересно, откуда такая направленность? Не так много в нашем мире людей, уважающих старину, слушающих старинную музыку, изучающих старинную культуру не потому, что в универе учатся, а потому, что самим интересно.

– Не знаю. – Она пожала плечами. – У меня бабушка очень любила старину. Я её не застала, к сожалению, но мне рассказывали. А потом я повзрослела, начала интересоваться. Не поверишь, подсела, прямо как на наркотик! Никому это не интересно, всем нужны лишь деньги, деньги, деньги… Если кто-то интересуется эпохой, то только как коллекционер.

Вокруг нас расхаживали расфуфыренные представители их общества. Им было откровенно плевать на экспонаты, они лишь делали вид, что чем-то интересуются.

– Это точно.

– А ведь эта эпоха уникальна, Хуанито! – с жаром продолжила моя спутница, принимаясь за любимое мороженое. – Такой никогда не было и не будет! Ближайшее время точно не будет. Золотой век – это неограниченный источник того, что мы могли иметь, но растеряли, но что можем возродить. Хоть в какой-то степени, самое ценное.

Я скептически усмехнулся:

– Ничего хорошего из этого не выйдет. Золотой век – эпоха лицемерия и морального регресса. Как можно возрождать идеи вроде «Люби ближнего своего даже в ущерб собственному народу и собственному национальному сознанию»? Ты хочешь, чтобы мы полюбили марсиан, переселили их всех сюда, а потом они нам тут очередную Третью мировую устроили? А как можно «любить» гомосеков? Как можно пропагандировать их ориентацию и терпимое к ним отношение?

Бэль рассмеялась:

– Ты глупый. Очень глупый. И рассуждаешь принятыми штампами. Согласна, многое они делали неправильно, жители той эпохи, за что и поплатились. Но не всё же! А ты знаешь, что многие штампы того времени в обществе культивировались намеренно? – воскликнула вдруг она.

Я задумчиво покачал головой:

– Нет. И зачем это сделали?

– Чтобы такие, как ты, простые парни, не задумывались над важными вопросами. Жили по установленным правилам и не заморачивались высокими материями.

– Например?