Всё, девочка успокоилась, отвлеклась и сместила акценты. Теперь можно завязать приятную беседу, плавно переходящую в знакомство. И плевать на всяких там «снайперов»! Плевать на социальные различия! Я – мужчина, а она – женщина, этого достаточно!

– Только с такими красавицами!.. – стрельнул я глазами.

– Я не накрашенная, – вдруг смутилась она.

Я ожидал контрнаезда, продолжения шутливой перепалки… А в ответ нестандартная реакция – вечный девчоночий аргумент «от обороны»?

Интересное создание. Откуда оно свалилось, с какой звезды?

И ещё, они что, считают, что мы их любим за штукатурку на лице?

– И что? – безразлично пожал я плечами.

– И не причесанная… – продолжила незнакомка стандартный набор женских «смертных грехов», но уже не так уверенно.

– В чём дело? Вытри слёзы, улыбнись и причешись, – нагло улыбаясь, парировал я.

– Хам! – снова рассмеялась она, весело и искренне. Слёзы были позабыты.

– Знаю! – воскликнул я и протянул руку. – Хуан. Можно Хуанито.

Она смутилась от такого резкого перехода, но пожала мою руку кончиками пальцев:

– Бэль. Просто Бэль.

– Красивое имя! И всё-таки ты так и не ответила, что заставило тебя лить горькие-горькие слёзы, сидя в одиночестве на берегу не самого представительного озера в самом дальнем и глухом углу парка.

Бэль пожала плечами:

– Ты будешь смеяться. Не поймёшь и будешь смеяться.

– Не буду, обещаю! – положил я руку на сердце.

– Честно-честно не будешь?

Мы сидели рядом, можно сказать в опасной близости, совершенно не замечая её, и мило болтали. Я пытался понять, кто она, – её поведение не вписывалось в общепринятые стандарты. Как будто девчонка действительно прилетела с далёкой-далёкой звезды. И всё более склонялся к мысли, что у судьбы сегодня хорошее чувство юмора, она преподнесла мне настоящую природную аристократку. Не ту маету, что учится со мной в школе, «быдло у власти», а какую-нибудь юную баронессу или графиню – настолько её манеры, жесты, осанка, повороты головы и даже речь отличались от привычных.

– Я устала, что ко мне относятся как к маленькой… – Она покраснела и замялась. – Мне уже двадцать один, а ко мне относятся как к пятнадцатилетней! «Бэль, не делай то! Бэль, не делай сё! Туда не ходи, ходи сюда! То нельзя – слишком опасно! Это нельзя – оно ещё опаснее! А вон то – вообще неприлично для юной сеньориты!» Всегда находится что-нибудь «важное», чтобы ткнуть им меня и выставить идиоткой! Я устала, Хуан! Разве я не понимаю, что можно, а что нельзя? Зачем меня этим каждый раз шпынять?

Оригинальные проблемы у девочки! Чтоб я так жил!

– Вот я сегодня взяла да и сбежала. Оторвалась от охраны и поехала в Центральный парк. Я хочу нормальной жизни, хочу встречаться с кем хочу и когда хочу, хочу сама принимать решения, я хочу…

Она запнулась, и я воспользовался моментом, чтобы перебить:

– Бэль, мне кажется, что они ведут себя с тобой так, потому что ты сама ведёшь себя как маленькая.

Недоумение на лице.

– Ты даёшь им повод вести себя с тобой так. Сама выставляешься маленькой девочкой, а они всего лишь ведут себя в ключе, который ты предлагаешь.

Я не стал уточнять, кто такие «они». Понятное дело, что родители, охрана, может, кто-то ещё.

– И как же я себя веду? – заблестели гневом её глаза. Ну, точно, девчонка!

– Вот смотри, ты убежала от охраны. Давай раскрутим этот момент в качестве примера?

Она кивнула.

– Скажи, кто твои родители?

Бэль раскрыла рот, чтоб ответить, но не издала ни звука. Затем посмотрела на меня более внимательно, изучающе-недоверчиво. Снова открыла рот, снова захлопнула.

Понятно, не хочет, чтобы я знал, кто она. Сбежала для того, чтобы погулять без опеки, зачем ей раскрываться?

Ну хорошо, детка. Не нужно мне знать ни твоего полного имени, ни семьи, к которой ты относишься. Для меня важна ты сама, общение с тобой, а не то, из какого клана у тебя родители. Потому я помог, не заостряя внимания на этой теме:

– Это определённо богатые и знатные люди. Правильно?

Она облегчённо кивнула. Что ж, происхождение не скро ешь.

– То есть у твоего отца есть враги. У богатых людей их не может не быть. Какие-нибудь «партнеры по бизнесу», конкуренты, завистники! Да?