Да, я обещал, что не буду выяснять, кто она. Так я и не буду! И даже Эмма не будет, а лишь составит список кандидаток среди не такого уж большого количества аристократических семей.

И ещё, кто может в этой школе лучше ориентироваться в высшем свете, как не гламурные шлюхи? Из всех знакомых мне людей Эмма сделает это быстрее всех».

– Она мод-блондинос, – начал я. – Аристократка. Её семья входит в число первых ста семей. Номинально глава клана мать, реально всем управляет отец. У неё есть сестра и брат (брату, скорее всего, восемнадцать, но не бери это за точную цифру), а ещё взрослый кузен, лет тридцати.

– Этого мало. У всех есть кузены и братья, – покачала она головой.

– Я тебе говорю всю информацию, которой владею. А ты бери и сравнивай, подходит или не подходит человек под эти параметры.

Эмма кивнула.

– А зачем она тебе? Кто она такая?

Я непроизвольно коснулся обруча навигатора на голове:

– Эмм, у тебя свои секреты, у меня свои.

В столовой было шумно, как обычно. Я сел за столик у стены, вокруг привычно образовалась мёртвая зона. Не то чтобы меня презирали или боялись, просто так повелось, но мне отсутствие рядом шумных соседей нравится, помогает сконцентрироваться на собственных мыслях. С Эммой я поговорил, но это меньшее из моих бед. Гораздо более беспокоило, как повести беседу с другим человеком, чтобы тот согласился помочь или хотя бы не выгнал с порога.

– Привет.

Я поднял глаза. Передо мной стояла с подносом та девушка, Николь. С самым агрессивным видом. Mierda, только этого мне не хватало!

Указал ей напротив. Села. Посмотрела на меня как-то… непонятно. Ну-ну!

Я молчал. Оправдываться мне не за что, а говорить нечего. Пусть начинает первая, раз пришла.

– Мы вчера виделись с Хуаном Карлосом… – начала она издалека.

– Ты его давно знаешь?

– Несколько лет. – Лёгкое пожатие плеч. – Это он рекомендовал мне подать документы сюда, в эту школу.

Вот даже как!

– Мы друзья… – для чего-то смущённо добавила она.

– Молодцы.

А что ей на это ответить?

– Он вчера рассказывал про тебя. Что ты… Что я тебе…

– Что ты мне нравишься?

– Да.

Этот придурок что, не поговорил с ней после нашей утренней беседы? Я его точно убью.

– Понимаешь, он учёный. Инженер. И неплохой инженер! – Я пытался собраться с мыслями и найти слова, чтобы не обидеть её. – Иногда я хочу убить его за некоторые вещи, но понимаешь, он видит мир иначе, чем другие. Все творческие личности видят мир иначе. Поэтому ты двадцать раз перепроверь то, что он говорит, и только потом делай выводы.

Она согласно кивнула:

– Я для этого и пришла. Сделать выводы.

От неё разило неловкостью. Но она хотя бы знает, что Хуан Карлос трепло, значит, не всё так плохо.

– Он не прав. Ошибся. Самую малость, но ошибся. Ты красивая, даже очень красивая, но…

– У тебя есть другая, – понимающе кивнула она, и я не понял, с разочарованием или нет.

– Пока нет. Но надеюсь, что будет.

– Понятно.

Нет, всё-таки с грустью.

Чтобы уйти от темы, решил перевести разговор на что-нибудь нейтральное:

– Ты титуляр?

Она кивнула.

– Знаешь, я уже много думал над этим… Мне кажется, нам, титулярам, нужно держаться вместе. Помогать друг другу. Ты в курсе, что происходит в школе?

– Конечно.

– Это неправильно.

– Везде так. Бывает ещё хуже.

– Мы не везде! – повысил я голос. – Мы в одной из лучших школ планеты! Это не трущобы на окраине!

Она усмехнулась:

– И что это меняет? В трущобах проще: кто сильнее, тот и прав. А что мы можем здесь? Мы здесь никто! Все вытирают о нас ноги, и сверстники, и администрация. Если бы кто-нибудь так вёл себя у нас на районе – мигом бы объяснили, что почём. А тут одним можно безнаказанно делать то, что нельзя другим.

Она права. Но не стоит опускать руки. Если опустишь их сейчас, так и будешь ходить по жизни – с опущенными руками.

– Это называется классовое родство. Оно не даёт им топить друг друга.

– Скольких платников при тебе отчислили за неуспеваемость? – продолжала заводиться девушка. – Я совсем недавно здесь, полгода, но что-то не помню никого. А титуляров – человек десять. Хотя за нас Корона регулярно перечисляет деньги, мы здесь не бесплатно учимся!

– Мы – каждый сам за себя, – возразил я. – Барахтаемся, барахтаемся… А нас топят поодиночке. Наша слабость в отсутствии единства. Только вместе мы сможем решить свои проблемы.

Она рассмеялась:

– И как это будет выглядеть? Самим организовать банду и колотить обидчиков? За территорией? Как они? А с учителями что делать? Им тоже морды бить?

Мне смешно не было.

– Почему нет? Не надо так утрировать, всё более реально, чем ты думаешь. Я про морды. Я делал это, но в одиночку, поэтому меня поставили на место. А если нас будет десяток?

– То нас будут бить десятком, а не одиночками, – хмыкнула она, но уже тише.

– Ты думаешь, Виктору Кампосу нужно лишнее к себе внимание? – Я усмехнулся в ответ. – Пусть и вызванное поведением сына? Да ДБ зубами вцепится в это дело, такие случаи на дороге не валяются! А если драка с применением чего-нибудь эдакого? Представляешь, как можно его шантажировать, определив Бенито отдыхать в казематы суток на пятнадцать?