– Я не могу одобрить этого шага, государь, – сказала королева. – У вас, – прибавила она, – такое блестящее будущее, вы, кажется, предназначены для того, чтобы разливать счастье вокруг себя, – и вы хотите оставить мир.

– Я, напротив, думаю, что Беатриса выбрала себе благую часть, – возразил король. – Я только сомневаюсь, хорошо ли она обдумала свое решение.

Вальтер бросился к его ногам.

– Государь, если я имею какое-нибудь право просить награды вашей за мою службу, то я прошу оказать мне теперь эту милость: не дайте совершиться такому жертвоприношению.

– Я охотно исполнил бы вашу просьбу, – растроганно сказал король. – Но я не могу вмешиваться в это дело.

В это время к Беатрисе подбежал маленький принц. Увидев ее издали, он бросился к ней со всех ног. Но происшедшая в ней перемена поразила и его. Только теперь он заметил, что она в трауре.

Поцеловав ее, мальчик посмотрел на нее тревожным взором и спросил:

– Не больны ли вы?

– Да, я была больна, принц. Я и теперь еще не совсем поправилась.

– Ваш отец умер, как мне передавали?

– Это было большим горем для меня, принц. Я теперь хочу уйти в монастырь и там проведу остаток дней своих.

Мальчик посмотрел на нее с изумлением.

– Как! Вы станете монахиней? А как же вы выйдете замуж за капитана Кросби?

– Со мною в этом случае не считаются, принц, – заметил тот печально.

– Это очень жестоко! – воскликнул мальчик. – Разве вы его разлюбили?

– Нет, принц, я всегда буду любить его.

– Тогда почему же вы делаете его несчастным?

– Не думайте обо мне дурно, принц, – сказала Беатриса. – Вы, принц, умны не по летам и можете понять, что если б легко было восстановить душевное спокойствие, я давно бы это сделала. Но иногда теряешь его неожиданно.

– Я думаю так же, – сказал король, с интересом следивший за этим разговором. – Но будем продолжать нашу прогулку, – прибавил он, обращаясь к принцу.

– Я пойду с Беатрисой, – отвечал мальчик.

Королевская чета направилась в сад. Король, интересуясь, как идут дела в Ланкашире, задал Вальтеру несколько вопросов. Но тот выехал из Майерскофа еще до начала манчестерского процесса и потому не мог ничего сообщить королю на этот счет. Весть об этом пришла в Сен-Жермен лишь через неделю и вызвала здесь взрыв восторга.

В первый раз за последние годы король Иаков стал думать, что судьба складывается благоприятно для него, в первый раз воспрянул он духом.

Очевидно, якобитские чувства должны теперь крепнуть в Ланкашире, судя по тому удовлетворению, которое все испытывали, узнав, что шпион Лент убит.

Прибывшие в Сен-Жермен сэр Джон Фенвик, полковник Тильдеслей и Тоунлей были немедленно приняты королем. На аудиенции в числе других присутствовало на этот раз новое лицо – герцог Берик.

Герцог Берик, незаконный сын, прижитый Иаковом в бытность его герцогом Йоркским от некоей Арабеллы Черчиль, несмотря на свои двадцать четыре года, пользовался уже громкой военной славой и обещал стать одним из лучших полководцев того времени. Он сопровождал Иакова в Ирландию, принимал участие в битве при Бойне и присутствовал при разгроме французской эскадры соединенными флотами Англии и Голландии.

Затем он служил в Голландии под начальством маршала Люксембурга, отличился в нескольких битвах и при Норвинде попал в плен.

Красивый, прекрасно сложенный герцог Берик имел очень воинственный вид. Его обращение было холодно, сухо и высокомерно. Сторонник строгой дисциплины, он никогда не вдавался в излишества, и его отец питал непоколебимую уверенность, что он никогда не ошибается.

В последнее время возник вопрос о новой экспедиции на север Англии, и король отправился вместе с герцогом Бериком в Версаль, чтобы обсудить дело вместе с Людовиком.

По обыкновению Людовик принял их любезно, но заметил:

– Я готов помогать вашему величеству, но мне так часто приходилось разочаровываться в ваших сторонниках, что на этот раз пусть они сперва покажут себя.

– Ваше величество совершенно правы, соблюдая осторожность, – сказал Берик, – и я не советую вам выступать, пока я сам не удостоверюсь, что наши друзья вполне готовы.

– Пусть они сами откроют поход, тогда и я окажу им поддержку.

– Я передам им обещание вашего величества.