Старый моряк не ошибся в нелюдях – они оказались ребятами не только честными, но и щедрыми. По прибытии в Юмерион заплатили полную цену со всеми оговоренными добавками, да еще сверху положили пять сотен леонов – мол, премия за хорошую службу. Мало того, морякам раздали по десять золотых каждому. Когда необычные пассажиры, попрощавшись, двинулись к трапу, их провожала вся команда, а Бобо чуть не прослезился: когда еще доведется таких денежных заказчиков найти? Да и орка больно уж была похожа на Большую Берти, а эльф магичил отлично и лекарем был хоть куда.

– Клянусь русалкиным хвостом, кто скажет хоть словечко плохое про орков или эльфов, того я этими вот руками под пирс спущу! – орал Клешня на другой день в портовом кабаке. – Все народы рождены равными, пусть хоть зеленые, хоть с ушами, что у твоего осла!

Желающих возражать не нашлось: все угощались за счет Бобо.

Казалось бы, запить Клешне с большого заработка, пока зеленые морты мерещиться не начнут. Но у капитана были другие планы. Поутру, стряхнув в себя похмелье и двух портовых шлюх, он поднялся и отправился на верфь. Потом вернулся в порт, оттуда пошел в банк, куда перед этим благоразумно положил на хранение заработанные денежки.

В результате всех хождений Бобо стал владельцем гордого красавца галеона. Старый потрепанный флейт капитан продал, причем выторговал хорошие деньги. А на борту нового судна приказал вывести название «Хромая Мери».

– Счастливое имечко, – пояснил он удивленному корабелу. – Удачу приносит.

Теперь, с таким-то судном, можно было пускаться в любое, самое сложное путешествие. Клешня внес корабль в портовые списки и стал поджидать заказчиков: купцов, а может быть, ученых или просто богатых путешественников.

Долго томиться не пришлось: на следующий же день его наняли для большого, сложного похода. Галеон отправился в порт Трейон, что на границе Зириуса с Даллирией. Там стоял на рейде целых два месяца. Теперь же, приняв на борт пассажиров и груз, готовился к отходу в дальнее плавание – сначала к берегам Чайного архипелага, потом – Дикого, затем через Серый океан к малоизученному материку, который в народе звали Мортовой землей, а люди ученые именовали Бигвестом.

И вот теперь команду с пассажирами от начала опасного приключения отделяли какие-то минуты. Клешня прохаживался по верхней палубе, покрикивал на матросов и гадал, как отнесутся наниматели к одному маленькому сюрпризу…

– Бобо прямо помолодел, – с улыбкой сказал Лэй. – Смотри, сменил свое тряпье на приличный камзол, даже крошки из бороды вычесал.

Мы стояли у фальшборта, глядя на портовую суету. Свежий ветер наполнял паруса «Хромой Мери», обдавал нас запахами дальних странствий, звал в дорогу.

– Хорошо быть богатым, – эльф сладко потянулся. – Теперь нам открыты все пути.

– Они для всех открыты, – заметила я.

– Ничего ты не понимаешь, зеленая! А комфорт?

Мы действительно были богаты, хотя я как-то этого не ощущала. Мешки, которые Лис вынес из храма Лак’хи, оказались полными драгоценных камней. Пока мы сражались сначала с чародеями, потом с лжебогами, вор тоже не терял времени даром. Обшарил храм и наткнулся на подземное хранилище, в котором стояли сотни таких мешков. Первая жрица ничего не говорила о сокровищах, да и с чего бы ей о них рассказывать.

Мы решили считать камни своими. Тем более что после нашего ухода храм осыпался грудой пепла. Вернувшись на корабль, заперлись в каюте, честно поделили клад на четверых. Роману сам на этом настоял. Странно, но вор вообще был честным малым. Когда он ушел, мне даже стало немного грустно.

Перед уходом Лис переоделся в расшитый золотом костюм из яркого шелка, какие здесь носили богачи.

– Чтобы не узнали, – пояснил он. – Как-никак похититель Степного изумруда. Ничего, в Зириусе я задерживаться не собираюсь.

Я надеялась, что у Роману все будет хорошо.

Мы продали часть драгоценных камней, выручив, по словам Лэя, целое состояние. Оставили себе на путешествие, остальные положили в банк, который ушастик назвал надежным. Туда же пристроили на хранение основную часть сокровищ. Я мало в этом понимаю, да и богатство для меня не имеет никакого значения, так что всем распоряжался эльф.

Ал, несколько обалдевший от такого развития событий, купил небольшой, но удобный и красивый дом в пригороде Юмериона, потом тайно отправился в Арвалийскую империю, привез оттуда жену с ребенком. Хоть главный наш враг Атиус погиб, Ал решил не рисковать. Он опасался мести графа Стоцци. Боялся, конечно, не за себя, за семью.

Мы с Лэем некоторое время не знали, куда отправиться. В Арвалийскую империю дорога была закрыта нам обоим – мы до сих пор числились там преступниками в розыске. На родину ни один из нас вернуться не мог – изгнания никто не отменял. Обосновываться в Зириусе не хотелось. Ни мне, ни Лэю эта страна не нравилась. Оставались Нордия, Бескрайняя пустыня, Торфяное болото – обиталище гоблинов или гномьи земли – Каям и Мерзлая гряда. Выбор, прямо скажем, небогатый.