– Когда начнем расхождение, - отозвался Ведж, - займись одной из ее плоскостей. Тогда не придется убивать.

Мин перевел дух.

– Если мне будет дозволено вмешаться, - влез Пискля, - то я бы посоветовал разрешить офицеру Нотсиль стрелять в нас.

Перехватчики вновь открыли огонь. Краем глаза Мин заметил, что по проходу на хорошей скорости летит гаечный ключ. Дойнос попытался увернуться, и инструмент врезался ему в грудь, а не в голову. Мин охнул от боли.

– Ты что?
– по интонации командира становилось ясно, какое выражение было написано у него на лице.
– Пискля, у тебя что, логические цепи перегорели?

– Никак нет, сэр. Тут все так запутанно, и очень долго объяснять. Просто доверьтесь мне, - дроид говорил с необычной уверенностью.
– Я кое-что знаю об этом. Что? О! Чубакка говорит, что до маневра осталось тридцать секунд.

Мин развернул орудие. Он никогда в жизни не целился так тщательно. Длинная очередь едва не срезала Ларе плоскость. Со стороны могло показаться, что стрелок промахнулся. Пилот второго «жмурика» решил не рисковать, но получил пробоину и воздержался от продолжения атаки, уйдя в сторону.

Оттуда полыхнула ослепительная вспышка - Антиллес не промазал.

На мостике «Железного кулака» с интересом наблюдали за развитием событий; передача шла с «Репрессалии». Судя по всему, «Тысячелетний сокол» вознамерился протаранить дредноут. Вокруг роились ДИшки.

– Ну же!
– возбужденно прошептал военачальник Зсинж.
– Давай! Вызывай «Мон Ремонду». Ты же сдохнешь, если она не придет!

– Десять секунд до маневра, - бубнил Пискля.
– Девять… восемь…

Громогласно взревел Чубакка.

– А почему это я должен производить запуск? Понял, - дроид положил металлическую ладонь на рычаг, который установил на пульте сегодня утром.
– Четыре-три…

Чубакка замедлил вращение фрахтовика. «Тысячелетнюю ложь» затрясло, барон Фел обстреливал броню.

– Один!
– Пискля дернул рычаг.

Печати вдоль правого борта сорвало; кусок обшивки отнесло на полметра в сторону, Чубакка круто бросил фрахтовик на левый борт. Завизжали компенсаторы перегрузки, стараясь приспособиться к повороту почти на девяносто градусов. Растерявшиеся «жмурики» не успели отреагировать и пролетели мимо. Обломок брони с ускорением летел к «Репрессалии».

– Офицер Коннайр, - сказал Пискля, - начинайте, как только будете готовы.

Быстрой петлей Лара и барон Фел вернулись к фрахтовику; оба продолжали вилять из стороны в сторону, мешая противнику целиться.

Лара услышала, как барон вызывает дредноут: -… к «Соколу» было что-то присоединено… не могу разобрать… ого!

«Что-то» удалялось от фрахтовика, и его уже можно было распознать. Оно оказалось «ашкой», которая завела двигатели и деловито рванула прочь на скорости, которую могла развить только она.

– Не отвлекайтесь, Петотель, - сказал барон Фел.
– Держитесь изначальной цели.

– Обо мне не беспокойтесь, - отозвалась девушка и вновь принялась расстреливать поддельный «Сокол».

Ведомый барона развернулся и отправился в погоню за «ашкой».

На мостике «Репрессалии» капитан и вахтенные офицеры не могли оторвать взглядов от танцующего возле них «Тысячелетнего сокола».

– Он собирается обойти нас, - предположил офицер, отвечающий за артиллерию.
– Вероятно, когда окажется вне досягаемости наших орудий, вернется на прежний курс.

– Прикажите ДИшкам гнать его в нашу сторону, - распорядился командир дредноута, дородный, тучный человек, который не мог вернуться в свой дом на Корускан-те, пока там хозяйничали мятежники, а Империя пальцем о палец не ударила, чтобы очистить Галактику от Хэна Соло и подобных ему.
– Барона мы остановить не сумеем, но, возможно, успеем сделать первый выстрел и украдем у Фела славу. Кто мне скажет, что это за обломки?

– Летят в нашу сторону, - доложил гравиакус-тик.
– Но скорость и масса недостаточны, чтобы причинить нам значительный ушерб. Наши дефлекторы выдержат.

– Вот и хорошо, - сказал капитан.

На пару с бароном Лара поливала огнем корму фрахтовика. Занятие не из легких, если при этом нужно уворачиваться от ответных выстрелов. Остальные перехватчики отошли, формируя строй позади «Тысячелетней лжи» и диктуя ей условия полета - либо к планете, либо в противоположную сторону, к дредноуту.

Вот чего они не ждали, так это того, что вдоль их строя пронесется «ашка», пилот которой не снимает пальца с гашетки. Дорсет Коннайр успела взорвать две ДИшки, прежде чем кто-то понял, что вообще происходит. На преследующий ее «жмурик» Дорсет не обращала внимания, хотя тот тоже стрелял не переставая.