– Ну? – высунулся из кабины пилот.

– Тут бронебойная пуля в редукторе! Вы могли рассыпаться в любой момент!..

– Да не ори ты… – посоветовал ему Твидл и посмотрел в сторону удалявшихся Тони и Джима, которые ничего не услышали.

– Ну, рассказывай, – снова напомнил Тони, когда они отошли от вертолетной площадки.

– Да чего рассказывать… Посмотри на меня, и все станет ясно, – сказал Джим, не отрываясь от бутерброда. Они уже подошли к строению девятнадцать, и Тони сказал:

– Ладно, стой здесь.

Он убежал с грязным автоматом, но скоро выскочил со свежим комплектом обмундирования и пакетом с бумажным полотенцем.

– Спасибо, – сказал Джим, уже покончивший с бутербродом. – Автомат в арсенал поставил?

– Ну а то. Потом почистим. Рассказывай давай, я же тебя не зря бутербродами кормлю. Что там было? Стрелять пришлось? Убил кого-нибудь или нет?

– Стрелять пришлось, – кивнул Джим.

– Куда стрелял? Скольких убил? – не переставал наседать Тони.

– Да никого я не убил. По крайней мере, не видел, чтобы попал в кого-то.

– Ну, ты расскажи с самого начала, а уж я разберусь, – потребовал Тони, который пританцовывал то справа, то слева от Джима, перебегая ему дорогу.

– Сначала прыгнули с вертолета прямо в болото.

– Вон почему ты такой грязный! Там что, так глубоко было? А змеи были?

– Просто я упал. Другие только по пояс испачкались, а я прямо занырнул. Чуть автомат не потерял.

– О! Это был бы номер, – покачал головой Тони. – Как выбирался?

– Быстро выбирался, – начал вспоминать Джим. – За мной змея погналась, так я как прыгнул – сразу из болота на берег…

– А что за змея была? Не красная?

– Я не видел какая. Только гляжу – а она по воде зигзагами, зигзагами… – Джим показал рукой, как именно извивалась змея.

– А потом?

– Потом все разведчики в заросли – раз! И нету их. Только сержант остался. Он показал мне куст и сказал: обстреляешь его, когда подам сигнал.

– А какой сигнал?

– Да никакой. Он просто крикнул: «Стажер – давай!» Ну я и сделал три короткие очереди.

– Кого-нибудь убил?

– Да что ты – «убил, убил»! Не было там никого. По крайней мере, я не видел. Потом вроде граната возле куста взорвалась и несколько выстрелов – и все.

– И чего, сразу пошли назад? А как раненые получились? Кто в них стрелял, ты видел?

– Ранили их еще до нашего прилета. Мятежники ранили, которых потом «Си-12» обрабатывал. Нас в болото сбросил и давай по мятежникам ракеты неуправляемые пускать. Грохоту было!..

– Ну-ка! Поподробнее!.. – снова потребовал Тони, однако они уже пришли к душевому домику, где дежурил бессменный Никс.

При свете тусклого аккумуляторного фонаря, которых на все душевое хозяйство было только два, Джим оставил перепачканное обмундирование в специальном сетчатом пакете и уложил его в ящик.

– Между прочим, солдаты, – сказал Никс, – там на полках ваши детские костюмчики – парадное обмундирование, в котором вы приехали… Можете забрать.

– Спасибо, сэр, – поблагодарил Тони.

– Какой я вам «сэр»? Я вам – товарищ.

Джим разделся и пошел мыться, а Тони остался в предбаннике рядом с Никсом.

– Чего твой приятель так перепачкался? – спросил у Тони банщик.

– На отбой мотался, – как можно более безразличным тоном ответил тот.

– Да ты что? – не поверил Никс. – Только прибыли – и сразу на отбой?

– Так получилось.

– Понятное дело. Значит, в разведчики попали?

– В разведчики.

– Тогда берегитесь. Капитан Саскел вам даст жару. В смысле – не соскучитесь.

Джим плескался не слишком долго и, появившись, сразу пожаловался:

– Ты знаешь, твой бутерброд меня только раздраконил – есть очень хочется.

– Эта проблема здесь решается просто, – встрял Никс, который, узнав, что этот новобранец уже слетал на отбой, сразу его зауважал.

– Никс прав. Здесь замечательная столовая – лучше, чем в учебке. И повара – отзывчивые люди. Я только сказал, что ты без обеда на отбой отправился, они сразу предложили бутерброд сделать. Но, говорят, заранее нельзя, а то вдруг ты принесешь, а твоего друга – того… Но я им объяснил, что по рации передали – стажер цел и даже не ранен. Они сказали: «Ну тогда другое дело», и соорудили бутерброд…