Они вошли и оказались в большой, обставленной антикварной мебелью прихожей.

– Дальше, – сказал капитан и пошел вперед. Зайдя в одну из комнат, он громко доложил: – Сэр, Симмонс и Тайлер доставлены.

– Хорошо, пусть войдут, – послышалось в ответ.

Капитан посторонился и пропустил Джима и Тони в большую светлую комнату, а сам вышел и притворил дверь снаружи.

– Ну что, давно не виделись? – спросил знакомый Джиму и Тони человек. Второй знакомец стоял справа от старшего и ухмылялся. Именно эти двое прилетали к Джиму в санчасть, чтобы допросить его и забрать рукопись, невесть каким образом попавшую к Джиму в чемодан.

– Присаживайтесь на диванчик, парни. Если кто забыл, представлюсь еще раз. Я старший агент Цимбалюк, а это мой помощник – агент Понцлер.

– Его Фред зовут, ведь так? – уточнил Джим.

– А ты откуда знаешь? – поразился Цимбалюк и нервным движением поправил галстук.

– Вы же сами его так называли, сэр. Я и запомнил.

– Вообще-то это не положено запоминать, это секретная информация, – вмешался сам Фред.

– Ладно, – пожал плечами Джим. – Я уже забыл.

– Ну-ну, – многозначительно произнес старший агент, поигрывая золотым портсигаром.

Джим и Тони заерзали на кожаном диване, отчего он заскрипел.

– Знаете, о чем пойдет речь? – спросил Цимбалюк.

– О рукописи? – предположил Джим.

– Нет, не о рукописи, – покачал головой старший агент и переглянулся с Понцлером. На лицах у обоих выражалось скрытое торжество. Им нравилось запутывать людей, им нравилось, когда их боялись, и сейчас, по их мнению, они владели ситуацией.

– О той дикарке?

– О какой дикарке?

– Ну, нет так нет, – пожал плечами Джим, который не понимал этой игры.

– Минуточку! Что за дикарка? – Цимбалюк погрозил Джиму толстым пальцем и обратился за разъяснениями к Понцлеру.

– Сэр, вы, наверное, запамятовали, – начал тот. – Но когда мы навещали Симмонса, он как раз лечился от триппера.

– Ни от какого не от триппера! – возмутился Джим и даже вскочил с дивана. – А от гормональной зависимости! Это разные вещи!

– Да какая разница – подцепил, значит, подцепил. И нечего тут оправдываться.

– Ладно, Фред, это к делу не относится. То есть я хотел сказать – агент Понцлер… А ты, Симмонс, сядь. Тут тебе не на митинге. Тут тебе в органах. Узнавали мы, кстати, и о твоей любовнице, которой ты даже кличку дал – Джеки.

– Джеки – это имя, – возразил Джим.

– Имя, – согласился Цимбалюк. – Однако не кажется ли тебе странным, что вокруг тебя собираются только темные личности и государственные преступники, а? Сначала твой дядя, – начал загибать пальцы Цимбалюк. – Он тебе, кстати, не звонил?

– Он же умер! Его застрелили практически на моих глазах! На наших с Тони глазах!

– Да, сэр, это так, – подтвердил Тайлер.

– Не дергайтесь, это просто проверка прежних показаний. Так вот, я продолжу – сначала дядя проворовался, потом рукопись у тебя в чемодане образовалась из ниоткуда, за рукописью дикарка появилась, которая в тюрьме задушила двух охранников, между прочим, и сбежала. Получается, что ты какой-то центр координации врагов государства, Симмонс, и мой тебе совет: признавайся, пока не поздно.

– Покайся, Симмонс, тебе скидка будет! – крикнул в запале Понцлер, но, нарвавшись на недоуменный взгляд начальника, сделал шаг назад.

– Ладно, вернемся к старой теме. Помните вашу старую знакомую – Линду? Ты, Симмонс, еще трахался с ней.

– Ну… – Джим пожал плечами. – Это давно было.

– Я тебе напомню, по твоим же показаниям. – Цимбалюк заглянул в разложенные на столе записи и стал цитировать: – Глаза голубые, волосы длинные, светлые, ноги от шеи. Помнишь, да? Что случилось после того, как ты с нее слез?

– Полиция приехала, – нехотя ответил Джим. Он видел, что агенты над ним издеваются.

– Приехала полиция, и что было потом?

– Перестрелка. Я же вам уже рассказывал.

– Он же вам рассказывал! – вмешался Тони.

– Рассказывал, Тайлер, рассказывал. И сами мы протоколы читали, как ты полицейских словно воробьев валил. Гордишься этим?

– И вовсе не горжусь! И вообще, я отстреливался!..

– Точно! Если бы не Тони, полицейские бы нас поубивали!.. – подтвердил Джим.

– Ладно, проехали, – отмахнулся старший агент. – Если бы встретили Линду, сумели бы узнать? Симмонс, вопрос в первую очередь к тебе, поскольку ты познакомился с ней ближе, чем твой подельник.

– Не знаю, сэр. А разве она жива?

– Я не спрашиваю тебя – жива она или не жива. Я спрашиваю – смог бы ты ее узнать?

Джим пожал плечами.

– Хорошо. Тогда ты, Тайлер – сумел бы узнать Линду?

– Думаю, да, если прическа будет, как тогда, и платье такое же.

– По цвету, что ли?