Слегка заинтригованный, я сделал так, как она сказала. Через пять минут она вышла из боковой двери с вазочкой, полной чего-то светло-оранжевого. Я заглянул внутрь.

— Что это за ерунда?

— Замороженный йогурт с маскарпоне, мандарином и выжатой цедрой.

Она постояла рядом, пока я не попробовал. Субстанция была освежающая и не приторно-сладкая — действительно очень вкусно.

— Отличное название, — сказал я. — Мне нравится.

— На самом деле это называется «Мультимагический Мандариново-маскарпоновый Мираж», на случай, если захотите заказать в следующий раз. Только мне от такого названия хочется тут же удавиться.

— Я запомню. Вы меня поразили.

— Такой у меня дар. Один из нескольких, если точнее.

— Мне казалось, людям полагается иметь не больше одного.

— Ничего подобного. Так только говорят.

Я протянул руку.

— Билл Мур. Работаю в «Океанских волнах» на Лонгбот, офис «Недвижимости на побережье».

Девушка пожала мне руку, энергично тряхнув разок.

— Кассандра. — Она медленно оглянулась через плечо, указывая на дворец мороженого у нее за спиной. — Работаю… здесь.

Я ел мороженое очень медленно, однако весь процесс все равно занял меньше получаса. Ближе к концу девушка-официантка снова вышла, на этот раз без белого фартука и с длинным черным пальто, переброшенным через руку.

— Желаю вам приятного вечера, мистер Мур.

— И вам тоже.

Не дойдя до угла, она остановилась и обернулась.

— Я так и не спросила. А какой дар у вас?

Я несколько расстроился, поняв, что не в силах сразу выдать остроумный ответ, пожал плечами и закатил глаза, словно говоря, что это тако-ой длинный список, даже не знаю, с чего и начать. Но выглядела моя пантомима неубедительно.

— А-а, — тем не менее протянула девица. — Вы все еще в поиске. Это просто восхитительно.

Она подмигнула и скрылась за углом.

До половины девятого я главным образом читал через телефон разные блоги и обновлял профиль пользователя на Facebook, добавляя ссылки на самые интересные из них, после чего поехал обратно на Лонгбот-Ки длинным путем — мимо «Океанских волн» и многочисленных поселений такого же типа на северную оконечность островка. В южной части Лонгбот несколько кондоминиумов построены с видом на океан, несколько — на противоположной стороне, с видом на бухту; причем последние очень даже похожи на то место, где живем мы со Стефани, за тем исключением, что у каждого дома здесь имеется отдельный выход к воде, отчего все дома стоят в три раза дороже нашего. Северная оконечность острова заметно сужается, и здесь располагаются большие частные владения. И хотя те не достигают стоимости по-настоящему роскошных поместий на Сиеста-Ки, почти все они относятся к категории «ценовая информация предоставляется по запросу к фирме». Тот дом, который мне назвали, стоит примерно в середине этой части острова, со стороны океана.

Когда мимо потянулись поместья, я сбросил скорость, чтобы рассмотреть дома. На протяжении полумили, остававшейся до владений Уорнера, все вокруг выглядело элегантно, дорого и отлично от других. Никаких кондоминиумов, ни одному зданию не грозит снос и суматошная перестройка, участки не заросли из-за какого-нибудь оскудевшего разумом сварливого старикашки, пережитка домодерновой эпохи кораллового рифа, который, как последний хиппи, обязательно заявит, что устройство шести лишних теннисных кортов нанесет непоправимый ущерб окружающей среде. Все в ажуре.

Я свернул на подъездную дорожку, извивавшуюся между зелеными лужайками и садами, оснащенными поливными системами. Примерно в сорока ярдах от шоссе обнаружились ворота, закрытые от дороги пальмовой рощицей. Тоже неплохо.

Я остановился перед воротами, опустил стекло и нажал на кнопку звонка. Ничего не произошло. Я подождал пару минут и снова позвонил. Ничего не произошло и во второй раз. Или это был затянувшийся первый?

Я выждал пять минут, еще дважды нажав на кнопку, после чего вылез из машины и подошел к воротам, подумав, что Уорнер может ждать меня не в доме, а на подъездной дорожке по другую сторону от ворот. Никого не было видно. На участке горело несколько фонарей, но сам дом стоял темный.

Я вернулся в машину и вынул из папки записи Каррен. Одного беглого взгляда хватило, чтобы убедиться — это нужный мне дом. Я взялся за телефон, но тут же понял, что у меня нет номера Уорнера. Он взял мой номер, но искусно обошел все мои попытки узнать его телефон. Я открыл список вызовов и пролистал, отыскивая входящий звонок, обозначенный сегодняшним днем примерно шестью часами вечера.

Довольно долго никто не брал трубку.

— Билл Мур, — коротко представился я. — Предположительно, я должен встретиться с Дэвидом. Прямо в эту минуту.

— Знаете, я не работаю на него двадцать четыре часа в сутки. — Голос Мелании показался мне раздраженным. Я слышал, что на заднем плане работает телевизор.

— И я тоже, — заявил я. — И еще неизвестно, работаю ли на него вообще. Дело в том, что я у его дома, но его там нет, и прошло уже пятнадцать минут от назначенного времени.

— Господи, — пробормотала она. Последовала пауза. — О боже, — повторила она покаянно. — Мне так неловко. Я только что заглянула в свой наладонник. У него обед затянулся допоздна, поэтому он просил перенести встречу с вами на десять часов в Сарасоте.