Я хочу, чтобы вы знали: несмотря на то, что вы бездарно потратили на воинское обучение уже полтора года, вам не место в армии… Но я был бы не прав, если бы не дал вам еще один шанс, проявить себя. Поэтому мы сейчас продолжим марш бросок, который прервали из-за дождя. И начнем мы его сначала, так как незаконченный он равен нулю. А теперь, слушай мою команду!.. Первая рота нале… вторая рота напра… во!.. Капралы, вести свои роты к точке старта, бегом!..

Загрохотали по плацу солдатские ботинки и две сотни перепачканных в засохшей грязи девушек пронеслись двумя колонными мимо сержанта.

Этот набор в учебный центр НСБ был организован по настоятельной просьбе Президента Женской Спортивной Ассоциации, когда поднялась очередная волна борьбы женщин за равные с мужчинами права.

За много лет политика, в отношении вопроса — быть женщинам в армии или не быть, претерпевала кардинальные изменения как в одну так и в другую сторону.

Армия и Флот заняли жесткую позицию и сопротивлялись изо все сил и тогда Ассоциация обратила свой взор на спецслужбы. Их интересовали самые крупные из них НСБ и АПР.

Добраться до АПР им не удалось, поскольку даже название этой организации не встречалось в официальных источниках, тогда они всерьез взялись за НСБ, но нашли понимание только у Джона Бидли, официально никак не относящегося к НСБ. Он нашел рычаги давления, на руководство службы, разъяснив им все плюсы контактов с Ассоциацией.

Дело было в том, что по закону, секретным службам не разрешалось иметь военные подразделения. Все операции они должны были выполнять только силами оперативных групп. Для переброски же оперативных групп, требовалось время для разработки секретных маршрутов следования к месту выполнения задания. В противном случае это грозило «засвечиванием» многих агентов.

Идя навстречу Ассоциации, НСБ, благодаря ее поддержке, получало в обход закона боевое подразделение и политическую поддержку на будущее от влиятельной организации. Сам Джон Бидли через личное знакомство с Президентом Ассоциации Соней Таломи, получал возможность рыться в информационных сетях и банках Ассоциации, повсюду имеющей свои представительства.

… — Эвелин… я больше… не могу… сейчас упаду…

— Брось дурака валять, Ева… Мы почти добежали… А там огневой рубеж и обед… Напрягись, дорогая, ты ставишь под удар мои капральские нашивки… Давай, давай… — Подбадривала Эвелин, но лицо у Евы было белым как мел. Ее считали удачливой, завидовали ей, но мало кто знал, что она не может прожить дня без таблетки «бета-джем». Это был препарат применяющийся для стимуляции мышечной активности и обострения внимания. Курсантам давали его в периоды особенно больших нагрузок.

Ева пришла в «Вегу» из профессионального спорта и была с анаболиками и стероидами на короткой ноге.

С тех пор как для спортсменов-профессионалов было разрешено применение стимуляторов, зрелищность их выступлений поднялась на новые высоты. Спортивный бизнес пошел в гору и в парламент Федерации стали проталкиваться законы, разрешающие спортсменам имплантацию тканей.

Ева занималась Железным троеборьем, в которое входили гонки на ракетных трициклах, армрестлинг и бой с роботом. Она была на хорошем счету и с ней буквально носились, но стоило только замаячить перспективе появления спортсменов с имплантированными тканями, интерес к Еве угас. Тренеры уже представляли себе новые возможности и результаты и, не стесняясь, говорили при спортсменах, что для имплантации годятся только свеженькие, не испорченные анаболиками кандидаты.

Решив не дожидаться развязки, Ева сама покинула спорт и обратилась в Женскую Ассоциацию с просьбой найти ей достойное применение. И дело было не в том, что нужны были деньги. Карьера профессионального спортсмена принесла достаток, да и пенсия Еве полагалась немалая. Но становиться пенсионеркой в 23 года она посчитала для себя неприемлемым.

Представившейся возможности заняться военным ремеслом она обрадовалась и отправилась с Бестоматиса на Землю, в учебный центр НСБ. И только тут она заметила, что уже не может обходиться без стимуляторов и лошадиных доз витаминов.

Время от времени ей удавалось доставать в медицинском боксе необходимые лекарства, а когда возникали безвыходные ситуации курсанты Первой роты отдавали Еве свои дозы «бета-джем», так как ее уважали за прошлые заслуги.

Спортсменов среди курсантов было большинство, но только Ева пришла из Железного троеборья, вида спорта, признающего только самых крутых мужиков.

В бытность свою спортсменкой, Ева посещала регулярные процедуры фильтрации крови, чтобы избавиться от продуктов распада медицинских препаратов, но в учебном центре проходить фильтрацию было невозможно. Стоило обратиться с такой просьбой и можно было сразу собирать вещи. Калеки здесь были не нужны и неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не курсант Второй роты Танита Санчес. Она знала много знахарских секретов своих предков и время от времени по ночам, в глубокой тайне, совершала над Евой ритуалы очищения.

Она окуривала свою пациентку составом трав, который держала в тайне и кропила душистой водой. После такого очищения, три-четыре недели Ева летала как на крыльях, но потом в ней снова пробуждалась тяга к лекарству.

Танита Санчес говорила, что вылечить Еву может только знахарка не знавшая мужчины. Сама же Санчес, до учебы в центре успела побывать замужем. Он сказала, что ее муж вместе с невинностью забрал у нее большую часть ее магической силы и поэтому вылечить Еву до конца она не может.