— Судя по затяжным кутежам, он даже не знает, что стал черниговским князем.

Волошек был обескуражен ответами.

— Не к князю же идти, — пробурчал он. — Чего доброго усадит за стол до самого утра. И от дома к дому ходить — времени много потратим.

— Да что мы ищем-то? — не выдержал Рыжий.

— Мне нужны адреса богатых людей. Желательно купцов, промышленников, аристократов.

— Хочешь потрясти их в пользу Гарчи? — ухмыльнулся товарищ.

— Нет, желаю купить имение.

В голосе Волошека не проскользнуло и тени иронии, поэтому Жирмята решил, что тот говорит серьёзно.

— Слышь, парень, — остановил он пацана, который с охапкой газет шастал среди людей. — Городская «вечёрка» выходит ещё?

— Так вот, вчерашняя, — паренёк тряхнул пачкой. — Полторы копейки…

— Давай, — Рыжий кинул ему пятак. — Сдачу себе оставь.

Поблагодарив господ, паренёк умчался. Пока Волошек стоял задумчиво на краю площади, Жирмята развернул газету и пробежался взглядом по заголовкам.

— Пошли, — ткнул он пальцем в последнюю полосу.

В редакции готовились к переезду. Через распахнутые двери кабинетов виднелись груды пустых ящиков, выпотрошенные столы, сотрудники вязали бумаги в кипы и сваливали вдоль стены коридора. Несмотря на беспорядок, работа над вечерним выпуском продолжалась. Носились с рукописями репортёры, корректоры; размахивая воронёными ладонями, ругался с выпускающим редактором наборщик.

Быстро разобравшись в людских потоках и вычленив главный, Рыжий потащил товарища к двери.

Главный редактор закричал на визитёров с порога:

— Объявлений о продаже недвижимости больше не принимаем! Всё завалено, — он показал на стол, покрытый бумажной грудой. — Не газета, а прайс-лист какой-то.

— А о покупке? — хмыкнул Рыжий.

— Шустрик, глянь! — крикнул редактор за спинy. — Дурни какие явились…

Он повернулся к Жирмяте.

— Проваливайте, господа хорошие, без ваших шуточек тошно.

— Мне нужно просмотреть их, — кивнул Волошек нa бумажные залежи и, не дожидаясь ответа, двинулся вперёд.

— Проще всего с ним не спорить, — шепнул Жирмята, сунув хозяину монету. — Пороется и уйдёт. Поверь мне.

Тот пожал плечами и отправился помогать Шустрику паковать арифмометр.

Волошек шуршал листками с заявками, как бывалый кассир ассигнациями.

— Вот подходящие, — он тряхнул жидкой стопкой отобранных объявлений. — До вечера обойти успеем.

Два дома он забраковал, едва заглянув в подпол. Третий, уже отчаявшись продать, разбирал на стройматериалы хозяин. Представители Гарчи скупали за копейки всё, что могло пригодиться на возведение линии. Взглянув на груду обломков, Волошек даже заходить не стал.

Заглянув в очередной листок, он прочёл:

— Некто Щеглан продаёт имение с каменным домом, большим винным погребом, вишнёвым садом и конюшней… Просит сущую мелочь — пятьдесят золотых.

— Вишнёвый сад? — хмыкнул Жирмята. — Вот же кретин! Вишню куда выгоднее просто загнать краснодеревщикам, вместо того чтобы отдавать и сад, и дом за бесценок.

Ворота оказались открытыми. Во дворе стояли подводы. Два десятка рабочих осторожно вытаскивали из подземелья бочки, секции дубовых стеллажей и бутылки с рукописными и печатными этикетками. Всё это аккуратно и с толком размещалось на подводах, перекладывалось ветошью и укрывалось тентом.

Полноватый седой человек присматривал за работой. Он не кричал на людей, лишь изредка давал указания ближайшим слугам. Те без лишней суеты передавали приказы дальше.

— Господин Щеглан? — спросил Волошек.

Тот торопливо кивнул и вернулся к надзору за погрузкой.

— Меня заинтересовало ваше объявление о продаже дома. С вишнёвым садом и винным погребом, если не ошибаюсь?

— Точно так, — ещё раз кивнул хозяин, присматриваясь к лицам и одежде гостей.

Покупателям он больше удивился, чем обрадовался. Видимо, с потерей имения уже смирился, а объявление подал просто так, для порядка.

— Цена за такое роскошное имение меня вполне устраивает, но прежде чем заключить сделку, я хотел бы взглянуть на погреб. Надеюсь, это не одна из тех дилетантских поделок, которые нынче в моде у нуворишей? Знаете, эдакие гнёздышки со столами, мягкими креслами, с оконцами в потолке и шкурами на полу, чуть ли даже не с каминами…

— Ну что вы, — хозяин улыбнулся. — Погреб добротный. Его завёл ещё мой прадед и, поверьте, всё сделал собственными руками. То, что наше дело продержалось на плаву четыре поколения, лучшее тому свидетельство.