Заметив Волошека, пленник вздохнул с видимым облегчением. Болтовня с библиотечным старожилом измотала его куда сильнее пыток Чернозуба.

— Чушь! — воскликнула Лосиная Голова, но, в свою очередь увидев гостя, замолкла.

Волошек помял мячик в ладони и уселся в кресло.

— Здесь, под Покровом, должна была бродить небольшая группа, — сказал он как можно более равнодушно. — Что ты можешь сказать о ней?

— Охотники за артефактами?

— Нет. Другие. Орк и девушка. Может быть, с ними кто-то ещё, не знаю…

— Чувствую, у тебя здесь личный интерес, возможно любовь, — пленник вдруг повеселел. — Дай-ка я угадаю… орк? Нет, вряд ли…

Голова набрала воздух для реплики, но Волошек резко метнул в неё мячиком и попал точно в открывающийся рот.

— Что я получу взамен? — спросил пленник.

— Жизнь.

— И свободу.

— Только жизнь, — твёрдо заявил Волошек. — Я понимаю, смерти ты не боишься, но стоит ли приближать её из-за такого пустяка? Я ведь не секреты ваши выведываю.

Пленник слегка покраснел.

— Обещай, что не позволишь совать меня в эту гадость, — попросил он. — Жизнь идиота меня не прельщает.

— Договорились.

— Орк и молодая дама пробивались к Розовой Цитадели, как вы её называете. Но дойти не смогли. Попали в западню… нет, не в нашу, — поспешил он добавить. — В природную ловушку, ну, или поставленную вашими колдунами.

— Точнее, — потребовал Волошек.

— Грубо говоря, они заблудились в трёх соснах. Или, вернее, в Трёх Соснах.

— И что с ними теперь?

— Ничего. Вода там есть, ручеёк течёт. Воздух опять же свежий. Ну, поголодают малость… Похудеют…

Вынув мячик из пасти Лосиной Головы, Волошек отправился на двор.

— Ерунда! — заявил ему Висмут. — Плёвое дело! Оттуда трудно выбраться, это верно, но если помочь извне, то никаких проблем.

Волошек посмотрел на Формикуса, которого считал большим знатоком Покрова. Тот кивнул.

Из рощицы, которая выглядела на просвет совершенно пустой, доносились голоса. Разобрать слова было невозможно, но интонации показались знакомыми как обоим друзьям, так и Формикусу.

— Рубите! — приказал Висмут.

— Что рубить? — не поняли ополченцы.

— Вот эти ближайшие сосны и рубите.

Волошек нервничал. Одна из целей его авантюры была близка. Он так упорно рвался сюда, но теперь не мог толком решить, как вести себя, что сказать девушке и нужно ли вообще что-то говорить. Может быть, лучше предоставить спасение подчинённым, а самому заняться планированием последнего броска?

Додумать он не успел. Сосны с хрустом повалились, и почти сразу из рощицы выбралась вымазанная грязью, как сказочная Золушка, Ксюша.

Прошло четыре года. Девушка не могла остаться прежней, но в памяти её образ сильно размылся и теперь легко вобрал в себя старые и новые черты. Она показалась Волошеку такой, какой и была.

Почему же тоска не отпускает?

Ксюша обняла его осторожно, но быстро отстранилась и, хлопнув по спине, поздравила:

— Доходят слухи, что ты стал полковником.

Он не нашёлся что ответить, да и нужно ли было отвечать?

— Извини, — сказала девушка. — Я должна привести себя в порядок. В этом лесочке такая грязь…

При этом она оглядела толпу бойцов и командиров, словно искала кого-то. Тут появился Дастин. Орк прихрамывал. Он сильно постарел за эти годы. Его тело ещё наливалось силой, но морщины и седой волос намекали, что пора бы подавать рапорт об отставке.

— Едва дождались, — произнёс Дастин с улыбкой.

— Так вы ждали нас? — удивился Волошек.

— Слушали передачи, — кивнул тот. — Ксюша зразу сказала, что ты не упустишь возможности заскочить сюда, чтобы помочь старым друзьям.

Волошек оглянулся. Ксюша успела исчезнуть.

— Накормите их, — распорядился он.

— Нам нужно попасть в Альмагард, — сказал Дастин. — Попытаться разыскать архивы стражей.

— Истощал ты, командир, — улыбнулся Волошек. — Сперва подкрепись. Мы выступаем через час.

По Альмагарду словно прошлась рота великанов. Гуда и обратно. Раз десять. Кое-где устремились к нему обелисками уцелевшие углы домов, торчали минаретами печные трубы, розовой грудой возвышались на вершине холма останки цитадели. Впрочем, копоть на камнях почти везде скрыла природный цвет.