— Имей в виду, что к обеду у нас будет гость, — заявил он с порога.

— Этот мужчина… и мальчик? — спросила Констанция.

— Нет. Что им делать за нашим столом? Это… мисс Бригмор.

Констанция быстро уложила ребенка в колыбель и вскочила со стула.

— Зачем? — В ее голосе прозвучала такая сильная тревога, что Дональд рассмеялся, прежде чем ответить.

— Она привезет сюда ребенка.

— Привезет ребенка?

Все ошеломленно уставились на Дональда.

— Да, привезет сюда ребенка, — подтвердил он, окинув взглядом Констанцию, мать и брата. — Где же ему еще находиться, как не у ближайших родственников? А мы ведь ближайшие родственники, не так ли? — Дональд посмотрел Констанции прямо в глаза. — Ты ведь ее единственная родственница, не считая меня. Удивляюсь, что никому из вас раньше это не пришло в голову. — Он кивнул на мать, потом на Мэтью. — Ведь эта девочка мне такая же сводная сестра, как ты, Мэтью, сводный брат. И я хочу, чтобы она находилась под моей опекой.

— Что… что ты задумал? — слова буквально срывались с перекошенных губ Констанции. — А как же Анна и Мэри? Что будет с коттеджем?

— Я обо всем подумал, — спокойным тоном заявил Дональд. — В начале недели я виделся с адвокатом. Доля Барбары в собственности и ее доход, естественно, переходят к ребенку, а поскольку ребенок будет жить здесь, коттедж нам больше не понадобится. Я распорядился выставить его на продажу.

— Нет! — Констанция рванулась к Дональду, но остановилась всего в нескольких шагах от него. — Нет, ты этого не сделаешь! Ты злодей, вот ты кто, злодей! Ты сошел с ума, я этого не допущу. У меня тоже есть права.

Дональд в упор посмотрел на жену. Ненависть, исходившая из бездонных глубин его черных глаз, буквально пронизала ее.

— У тебя нет никаких прав, — спокойным тоном сказал он, — ты моя жена. Что твое, то мое. — Дональд сделал паузу. — А что мое, то мое.

Тянулись секунды, а Констанция не могла больше вымолвить ни слова, как это уже не раз случалось. Дональд словно замораживал внутри ее речь. Но тут в их разговор вмешался Мэтью.

— Но ведь Анна всю жизнь работала у Моллена, — откашлявшись, сказал он, — воспитывала девочек.

Дональд перевел взгляд на брата и долго смотрел на него в упор.

— Ей за это платили, — наконец ответил он.

— Да никогда ей не платили, и ты это знаешь, она… она работала столько лет… бесплатно… — Мэтью закашлялся.

— Платить можно по-разному. А она была хозяйской шлюхой. — Спокойствие Дональда улетучилось, лицо исказилось, каждое слово он произносил отрывисто. — И не одна она была шлюхой, не так ли? Вы все шлюхи, каждая из вас. — Он махнул рукой с такой силой, что, находись Констанция на несколько дюймов ближе к нему, он сбил бы ее с ног. Затем, повернувшись, Дональд твердым шагом вышел.

Оставшиеся на кухне замерли. Они смотрели друг на друга, и их глаза говорили: "Он уже пошел в открытую, что же теперь будет?"

Было одиннадцать часов, когда мисс Бригмор слезла с почтовой двуколки и направилась во двор фермы. Ребенка на руках у нее не было.

Констанция встретила ее у ворот. Они крепко обнялись и некоторое время стояли так.

— Ох, Анна, что я могу сказать? — пробормотала молодая женщина.

— Я не привезла ребенка. Я… я приехала умолять его. Упаду перед ним на колени и буду стоять, пока он не согласится не отбирать у меня девочку. Она все, что у меня осталось, без нее жизнь теряет для меня всякий смысл.

— Ох, Анна, я бессильна помочь, — воскликнула Констанция голосом, полным страдания.

Обнявшись, они пошли через двор.

— Я не поверила, когда получила письмо, — призналась мисс Бригмор. — Ведь когда мы виделись последний раз, он ни единым словом не обмолвился об этом. И, естественно, я думала, что останусь в коттедже с Мэри и буду воспитывать девочку… даже на секунду не могла себе представить… — Анна замолчала, остановилась и повернулась к Констанции. — Нет, я предполагала нечто в этом роде. Много месяцев жила в страхе, что он заставит тебя уговорить Барбару дать согласие на продажу коттеджа, потому что, Конни… потому что таков его план, именно план. План мести. Его письмо было таким холодным, таким безжалостным, будто он долгие годы ждал этого момента, чтобы отомстить мне. А между строчек я смогла прочесть, что во всем случившемся он обвиняет меня.

Констанция ничего не могла на это ответить, поскольку понимала: Анна говорит правду. Непонятно почему, но Дональд ненавидел Анну. Всегда ее не любил, прежде всего потому, что она не любила его. Но главная причина заключалась в близости Анны к Томасу Моллену.

— Он… он дома? — спросила мисс Бригмор.

Констанция покачала головой.

— Нет, он обходит своивладения. Делает это каждое утро. По закону ему не принадлежит ни единый клочок земли, но никто не осмеливается опровергать заявление Дональда о том, что это его ферма. Он работает на ней практически один, во всяком случае, так было до сего дня. А нынче он нанял работника с семьей. На за что не догадаетесь, кого он взял в работники.