– Нет, - сухо ответил он вслух.
– Спасибо за честь, но меня это не интересует.

Шир понимающе усмехнулся.

– Понятно, что не интересует. Пока. Только ты подумай...

– Отстань от него, Шир, - резковато посоветовала Охотнику незаметно подошедшая Белка.

Стрегон быстро покосился, окинув ее изучающим взором, но она не смотрела: чуть сузив глаза, молча общалась со слегка удивленным ее решением Охотником - движением губ, шевелением бровей, неуловимо быстрыми знаками, подаваемыми тонкими пальчиками. Шир сперва недоуменно на нее уставился, не понимая, почему Гончая отказывается от такого превосходного кандидата, затем нахмурился, после чего смерил долгим взглядом напрягшегося чужака и задумчиво потер подбородок.

– Ты уверена?

– Если бы я не была уверена, то спросила бы сама, - сухо отозвалась Белка.
– У меня для этого было достаточно времени. К тому же, если помнишь, у нас не принято принуждать. В противном случае, я бы нашла способ это исправить.

Шир снова нахмурился: это правда, ей не смог бы отказать ни один из новичков. Если бы она только воспользовалась своей силой... если бы только взглянула в упор и позволила вдохнуть дурманящий аромат свой дивной кожи, а потом задала тот же самый вопрос, который он только что озвучил Стрегону...

Однако она никогда так не поступала. И никогда не заставляла их делать что-то против воли.

– Ладно, Бел, я понял, - вздохнул Охотник, не скрывая разочарования.
– А остальные?

– Не сейчас.

– Хорошо, как скажешь. Уходим завтра?

Гончая, отвернувшись от Стрегона, быстро кивнула.

– Да, с рассветом. Тора оставлю на парней, а остальных поведем к Золотым, как договаривались. И как можно скорее.

Шир мгновенно посуровел.

– Как думаешь идти? Ущелье? Впадина? Лысый Холм?

– Напрямую, - чуть качнула головой Белка, сосредоточенно изучая горизонт.
– За Кордон выйдем возле Зеленой реки, потом пробежимся по краю Впадины, а за ней двинемся на восток: я больше не хочу терять время.

– В той стороне Кордон стоит слишком близко, - осторожно напомнил Охотник, бросив быстрый взгляд на ее хмурое лицо.

– Да, я знаю. Но мы его не затронем.

– А лежка?

– Ничего, постараемся никого не разбудить.

Шир на мгновение задумался.

– Это из-за чужаков? Тех, кто потревожил Границу? Да, Бел? Думаешь, они смогли пройти дальше?

Стрегон насторожился: о чем это он? Неужели кто-то из агинцев рискнул последовать за нами?

– Тирриниэль мог бы решить свои проблемы раньше, - насупился Шир, приняв молчание Белки за согласие.
– Не стоило тащить с собой такую прорву народа. Надеюсь, магов там больше не осталось?

– Нет, - наконец, разлепила губы Гончая.
– Но зато там остался Одер. А ты наверняка помнишь, какой он настойчивый.

– Торково копыто... он тебя ранил?!

– Нет, конечно, - хмыкнула Гончая при виде искреннего беспокойства друга.
– Просто навестил накануне, правдоподобно удивился встрече и сделал вид, что заглянул на огонек совершенно случайно. А о стае, дескать, вообще впервые слышит.

Шир брезгливо сморщился.

– Урод. Это скользкий тип юлит еще хуже эльфов. Только и ждет, гад, чтобы мы потеряли бдительность. Какое это у него гнездо по счету? Втрое? Третье? Надо было еще в прошлом году спалить этот гадюшник!

– Рано, - непреклонно ответила она.
– Пусть-ка сперва поработают и хорошенько пощипают наших остроухих преследователей. А потом, так и быть, мы с тобой наведаемся на Большой Утес и слегка уменьшим их численность. Ты следы где заметил?

– На западе, - буркнул Охотник.
– Но хмеры потянулись немного севернее. Так что или ваши "приятели" резко свернули, или же там появился кто-то еще. Сколько их?

– Не знаю. Но если считать, скольких уничтожил Кордон, плюс Одер со своими ребятками поработал на славу, плюс полсотни точно мои... думаю, где-то около сотни остроухих и еще столько же агинцев осталось. Плюс троица из Совета Старейшин со своими охранными амулетами и, возможно, кое-какими артефактами времен Изиара. Иначе я просто не могу объяснить их живучесть. Полагаю, сохранили в неведении от Тиля еще с Эпохи Расовых Войн, потому что он, если бы знал, то не позволил бы гулять на свободе таким важным штучкам. А значит, сама возможность мятежа все эти годы просто тлела, пока не пришел подходящий случай раздуть искру в настоящий пожар. Быть может, Старшие Хранители об этом знали, да тоже помалкивали, чтобы иметь в рукаве лишний козырь. А может, это еще Изиар постарался... теперь не понять. Но думаю, Тиль согласится, что иного просто не дано.

В это время Владыка эльфов как раз вышел из подземелья, крепко держа за руку чумазого, покрытого копотью, но совершенно счастливого Торриэля, и, расслышал последние слова Белки, немедленно уточнил:

– Чего "не может быть"?

Гончая удивленно обернулась на голос. При виде почерневшего лица и дымящейся одежды сына слегка нахмурилась, но почти сразу успокоилась: с Тором все было в полном порядке - узы тут же просигналили, что он не пострадал. А закоптился немного лишь потому, что излишне рьяно начал учиться управлять своим Огнем. Причем, стоящий рядом с ним Тирриниэль выглядел не лучше: его белые волосы заметно растрепались и лежали в беспорядке, на левой щеке имелся щедрый мазок сажи, тонкая рубаха пропиталась дымом, голенища сапог изрядно съежились, но глаза у него горели по-прежнему ярко, победно, торжествующе. А на лице блуждала такая широкая улыбка, какую Стрегон вообще ни разу не видел за несколько недель пути.