Белка проводила их долгим взором, покачала головой, сетуя на излишнюю агрессивность молодежи. Затем перехватила вопросительный взгляд от близнецов и отмахнулась: дети... пускай резвятся с рогами, раз уж так любят. Только чтобы никого ими не проткнули и не испортили фонтан.

Крес и Тосс дружно усмехнулись, не нуждаясь в устном подтверждении приказа, и быстро отломали массивные, закрученные спиралью предметы спора. Потом поморщились от слаженного радостного вопля, от которого дрогнули пышные кроны палисандров, и со смешком передали драгоценные рога просиявшим от счастья возмутителям спокойствия. Все-таки мелкие они еще. Забавные, смешные, наивные. Действительно, дети. Правда, одна уже способна ударом лапы перебить хребет дикому буйволу, а второй в силах спалить половину Проклятого Леса одним только движением бровей. Хорошо, что оба обожают и безмерно уважают Белку, приучены беспрекословно слушаться, с готовностью выполняют все, что от них требуют, и готовы даже поделиться друг с другом самым дорогим сокровищем, от которого в любых других обстоятельствах так просто бы не отказались. Любят они ее, обормоты. До безумия любят оба.

Гончая неслышно вздохнула, гадая про себя о том, сколько времени эта лихая парочка побудет тихой и смирной, а потом отвернулась и, не удостоив замерших в нерешительности Братьев даже взглядом, негромко бросила:

– Тиль, ты где? Пойдем, я покажу тебе Лабиринт.

Владыка Л'аэртэ, до этого мига безмолвно наблюдавший за ней из-за дальних деревьев, бесшумно выступил вперед: кажется, время для расспросов, наконец, подошло?

– Ешь, - с усмешкой сказал Крес, ставя перед Стрегоном миску с огромным ломтем горячего мяса и наваристой кашей.
– Тебе надо много есть, иначе еще нескоро оправишься. А Бел хочет уже через пару дней идти дальше. Ты же не собираешься ее огорчать?

Стрегон быстро покосился на загорелые физиономии белобрысых крепышей, по какой-то причине живущих рядом с Лабиринтом, затем - на подсевших рядом побратимов; после чего вдруг перехватил внимательный взгляд Терга и осторожно уточнил:

– Два дня?

– Точно, - лениво отозвался Тосс.
– Был бы ты в форме, она бы ушла сегодня. А так радуйся - вам дают немного времени, чтобы прийти в себя. Но если не окрепнешь, то останешься тут - дожидаться ее возвращения и подыхать со скуки.

– По вам не похоже, что вы подыхаете, - вполголоса буркнул Лакр, исподволь изучая невозмутимые физиономии братьев. И, особенно, их смуглые от солнца, подтянутые тела, которые они не стеснялись демонстрировать ни пришлым, ни Тору с Хиш, ни самой Белке. Здоровенные, гады. Аж завидно становится! И где, интересно, она таких отыскала?

– Верно, - сверкнул белыми зубами Крес, усаживаясь напротив.
– С Тором и Хиш не соскучишься. Глаз да глаз нужен, чтобы эта лихая парочка ничего не натворила. Нас с братом едва хватает на них двоих.

– Кто вы? Откуда знаете Бел?
– полюбопытствовал Ивер.
– Я так понял, вы давно знакомы, раз она... доверила вам сына?

– Давно, - непонятно хмыкнули братья, переглянувшись и как-то по-особенному ухмыльнувшись.
– Можно сказать, с детства. Мы еще под стол пешком ходили, когда она к отцу в sevelli заглядывала и интересовалась нашими успехами.

Стрегон ошарашено поднял голову.

– Куда заглядывала?! К эльфам?! Вы что...?

– Наш отец был Охотником, - спокойно кивнул Крес.
– И дед, и прадед. Почти весь наш род служит на границе Золотого Леса - еще с того времени, как тут впервые появился Хозяин. Эльфы, как известно, не больно-то жалуют незваных гостей, но наши, в отличие от Темных и Светлых, не брезгуют пользоваться услугами смертных. Вот и приглашают на охрану своих границ.

– Не понял, - озадаченно нахмурился Лакр.
– Вы что, служите остроухим?

– Ну, служим - не совсем верное слово. И не совсем им, если уж на то пошло, хотя в целом ты прав. Правильнее сказать, что мы сосуществуем рядом с ними по обоюдному согласию: следим за тем, чтобы Граница оставалась нетронутой, а они за это помогают нам во многом другом. С оружием, например...

Братья машинально покосились на необычные парные клинки за спинами близнецов.

– ...или с жильем. А еще обучают своему бою, если попросим, и дают возможность использовать эти знания с пользой: отлавливать вырвавшихся на свободу тварей Проклятого Леса и отправлять их обратно. За то нас Охотниками и кличут.

Стрегон изумленно вскинул брови.

– Эльфы вас обучают?!

– А почему нет?
– усмехнулся Крес.
– Вам же Тирриниэль когда-то помогал. Чем Золотые хуже?

Вот Торк... когда Бел успела им рассказать?

– Ну, - сконфуженно кашлянул Лакр, - о Мастере мы до недавнего времени сами не знали, кто он и почему это делает. А Золотые, насколько я понял, занимаются с вами открыто. Нет, я, конечно, слышал, что они совсем другие, чем Темные или обычные Светлые, но как-то... плохо верится.

Крес снова хмыкнул.

– Все не просто так, не обольщайся. К тому же, обучают они далеко не всех, а только тех, кто сможет потом стать Охотником. И только после того, как претенденты пройдут строгий отбор. Само обучение длится достаточно долго, чтобы понять, кто из нас и на что способен. Это нелегко, но зато можно быть уверенным, что молодой Охотник сумеет присмотреть за Границей не хуже Дикого Пса. Тем более что по-настоящему наше обучение никогда не заканчивается. А если ему и приходит когда-то конец, то только со смертью. Поэтому мы, как и Стражи древности, все время чему-то учимся: у эльфов, друг у друга и даже у здешних зверушек.