– Не надо меня агитировать! – прервала его Надежда. – Дело в том, что я уже разговаривала с вашим агентом… ее посоветовала мне знакомая… очень хорошая, толковая девушка, она уже начала подбирать для меня варианты, но вдруг пропала. Я уезжала из города, но уже несколько дней как вернулась, а она мне все не звонит. И ее мобильный не отвечает…

– А как зовут этого агента? – осведомился дежурный. При этом его лицо едва заметно напряглось.

– Татьяна Ермакова, – сообщила Надежда Николаевна, внимательно наблюдая за его лицом.

На этот раз дежурный заметно побледнел, глаза его забегали.

– Татьяна… – проговорил он после небольшой паузы. – Дело в том, что она у нас больше не работает…

– А где она работает? – не отставала Надежда. – Она перешла в другое агентство?

– Нет… – парень явно чувствовал себя не в своей тарелке. – Она… она уехала…

– Да что вы говорите? А как же мне быть? Ведь она подбирала для меня варианты! И некоторые были довольно хорошие…

– Не беспокойтесь! – поспешил заверить ее дежурный. – Все дела Татьяны перешли к другому агенту… он молодой, но очень способный! Его зовут Дмитрий Копейкин…

– Копейкин? – с сомнением переспросила Надежда Николаевна. – Какая-то несолидная фамилия…

– Фамилии бывают обманчивы! – заверил ее дежурный. – Как говорится, «копейка рубль бережет», «мал золотник, да дорог»! Не сомневайтесь, он обязательно найдет для вас подходящий вариант! Сейчас я его приглашу, и вы сможете убедиться, что это очень способный агент!

Он снял телефонную трубку и вполголоса проговорил:

– Дмитрий, подойдите к стойке дежурного. К вам клиент.

В ожидании Копейкина Надежда подошла к аквариуму и невольно залюбовалась.

Среди мерно колышущихся водорослей медленно, с чувством собственного достоинства плавали крупные рыбы. Их расписные бока, казалось, были сшиты из золотистой парчи, а надменные физиономии с пухлыми губами и круглыми выпученными глазами несли выражение высокомерной начальственной скуки.

«Красивые рыбы, – думала Надежда, следя за их плавными перемещениями. – Говорят, держать дома аквариум очень полезно для нервов. Успокаивает, снимает стресс… только, я думаю, Бейсик будет против. У него-то как раз от этих нахальных рыб будет постоянный стресс. Или он найдет способ их выловить и слопать…»

– Эти рыбы – разновидность пираний, – сообщил ей дежурный. – Ужасно прожорливые! Даже водоросли все съедают! То, что вы видите в аквариуме, – не настоящие водоросли, а имитация из специального синтетического материала…

– Да что вы говорите! – изумилась Надежда. – А что, кота они тоже могут…

– Ну, как кот к ним попадет? – Дежурный пожал плечами.

– О, вы моего кота не знаете!

В это время в холле появился новый персонаж.

Это был совсем молодой человек с розовыми щеками и оттопыренными, удивительно прозрачными ушами. Эти уши были самой заметной чертой его внешности и отвлекали взгляд от всего остального – от всклокоченных рыжеватых волос, от вздернутого, покрытого веснушками носа, от круглых глаз наивного голубого цвета и от большого рта с оттопыренной нижней губой.

– Здрасте! – сказал молодой человек солидным басом и уставился на Надежду Николаевну: – Вы ко мне?

– К вам, если вы – Дмитрий Копейкин.

– Да, я это он… в смысле, это я… – молодой человек совсем смешался и залился краской. – В общем, я Копейкин. Пойдемте в мой кабинет…

Он провел Надежду Николаевну через несколько комнат, заставленных рабочими столами с компьютерами и прочей оргтехникой. За некоторыми столами трудились агенты, другие столы пустовали – должно быть, их хозяева были на выезде.

Наконец Дмитрий вошел в помещение, которое он громко назвал своим кабинетом. Это была крошечная каморка, в которой едва поместились стол с компьютером и два стула.

– Садитесь, пожалуйста, – проговорил Дмитрий, с трудом втиснувшись между столом и стеной и раскрыв блокнот для записей. – Я вас слушаю.

– Дело в том, – начала Надежда заново излагать свою легенду, – дело в том, что для меня уже начала подбирать варианты ваша коллега, Татьяна Ермакова…

Услышав это имя, Дима снова покраснел, дернулся, уронив на пол небольшой матерчатый портфельчик и рассыпав его содержимое.

– Ермакова… – повторил он сдавленным голосом, пытаясь собрать с пола бумаги. – Ну да, Ермакова… ее дела передали мне…

– Мне сказали, что она у вас больше не работает, – продолжала Надежда, безжалостно наблюдая за вконец растерявшимся агентом.

– Да, не работает… – прохрипел Дмитрий, снова рассыпав собранные бумаги. – Это точно… не работает! Она больше нигде… не работает!

– А что с ней случилось? – не отступала Надежда. – Вышла замуж?

– Нет… – Видно было, что несчастный молодой человек разрывается от противоречивых эмоций. Наконец он опасливо покосился на дверь и прошептал: – Она… Татьяна… умерла!