Ужинали тушеными кроликами. Приправленные каким-то известным, только местным аборигенам соусом, по вкусу они были бесподобны. Кроликов этих, ухаживающий за ними моджахед, назвал пишухами Как он пояснил, это самые настоящие карликовые родственники известных всем кроликов и зайцев, которых в предгорьях Гиндукуша, довольно много. И добычей они становятся не столько людей, сколько волков, лисиц и ласок.

Утром следующего дня Филиппа Джексона и Генри Смита пригласил к себе один из приближенных Ахмад Шаха, полевой командир Исмаил.

В комнате застеленной скромной расцветки ворсистыми коврами, их встретил довольно интеллигентного вида моджахед. Высокий рост и плотное телосложение, аккуратно подстриженная бородка, выдавали в нем нуристанца, — одного из многочисленных потомков воинов Александра Македонского, проходивших когда-то, в те далекие времена, здесь, по территории северного Бадахшана. На вид ему было не более тридцати пяти лет. Одет он был в традиционную национальную одежду. На голове форсисто держалась надетая набекрень, слегка примятая нуристанская шапочка. Точно такая же, в какой был изображен на своих листовках — воззваниях, Ахмад Шах.

После небольшого замешательства стороны обменялись традиционными афганскими приветствиями. Затем последовало приглашение к завтраку.

На достархане было традиционное восточное угощение: три фаянсовых чайника, три такие же чашечки и блюдца с мелко наколотым кусковым сахаром и фисташками.

И первым делом, как это принято на Востоке, Исмаил поинтересовался состоянием здоровья гостей, хорошо ли они отдохнули с дороги. Филипп ответил за всех, что все нормально, и в свою очередь спросил о его здоровье.

Следуя древним восточным традициям, им, как и всем гостям, первым было предложено вымыть из кувшина руки и вытереть свежим полотенцем, первыми надломить хлеб, и первыми начать есть, только что принесенное блюдо с пловом.

Когда завтрак был закончен и приступили к чаепитию, Исмаил передал извинение Ахмад Шаха, что тот не может лично принять британского журналиста и посланца американских друзей, в связи с большой занятостью, и поручил это сделать ему, его помощнику по связям с иностранными представителями. Филипп все добросовестно переводил. Из того, как Исмаил прислушивался к переводу, Филипп понял, что тот прекрасно знает английский язык. В этом он и не сомневался. Вряд ли Ахмад Шах поручил бы устанавливать контакты и вести необходимые переговоры с иностранными представителями лицу, не знающему иностранного, в частности, английского языка.

Передав извинение, Исмаил спросил, какие именно вопросы интересуют гостя. Зная, что Филипп прибыл с журналистом в качестве переводчика, вопрос этот был адресован Генри Смиту.

Смит со свойственной ему прямотой, но в то же время очень деликатно, попросил:

— Мистер Исмаил, западная пресса почти ничего не знает о таком уникальном лидере северной оппозиции, как Ахмад Шах. Не могли бы вы рассказать нам о нем то, что посчитаете возможным.

— Видите ли, мистер Смит, — деликатно ответил Исмаил, — я не получал от Ахмад Шаха полномочий, давать вам о нем какую-либо информацию. Он будет через неделю, и вы будете иметь возможность задать вопрос лично ему.

— Как ваша оппозиция относится к правительству Бабрака Кармаля? — теперь уже без упоминания личности Ахмад Шаха, задал новый вопрос Смит.

— Он для нас пустое место, мистер Смит. Мы его считаем марионеткой Советов. Его правительство не имеет будущего и за свои преступления понесет наказание.

— Скажите, мистер Исмаил, какие у вас контакты с «альянсом семи», который находится в Пакистане? Совпадают ли ваши основные интересы в борьбе с нынешним режимом в Кабуле?

— Видите ли, мистер Смит, на какие-либо контакты с нынешним режимом Кабула Ахмад Шах Масуд никогда не шел и не пойдет. В отношении же оппозиции, которая находится в Пакистане, у нас независимая политика. Мы никогда не согласовывали и не думаем согласовывать свою политику с руководством ИОА в лице Хекматиара в Пешаваре. Независимая политика проводимая нами всегда базировалась и базируется на экономической основе. В контролируемой нами зоне находятся богатейшие месторождения изумрудов, лазурита, других драгоценных камней и металлов. Все это, в отличие от наших союзников в Пакистане, помогает нам избегать крупных займов, а также военной помощи арабских стран и Китая…

Вот так неудачно и закончилось интервью независимого британского журналиста Генри Смита с ближайшим сподвижником Ахмад Шаха, Исмаилом.

Когда уже прощались, Исмаил неожиданно предложил гостям принять участие в боевой операции против «шурави». Когда растерявшийся Смит, начал было отказываться, Исмаил рассмеялся:

— Нет, нет, мистер Смит, вы поняли меня в буквальном смысле. Я же предлагаю вам присутствовать там, лишь в качестве наблюдателей. Надеюсь, как журналисту, вам это будет интересно. И когда на Западе прочтут вашу публикацию, определенные там круги, наконец-то поймут, что и северная группировка, вопреки их мнению, вносит существенный вклад в борьбу против безбожного режима, а потому, наверняка изменит свое отношение к поставкам нам оружия, боеприпасов и медикаментов.