Шрифт:
— О, да…
Смешно не было. Никому. Все понимали, что такое Зулу Сьерра Униформа. Как минимум пятерым из присутствовавших в зале — приходилось попадать под шквальный огонь вьетконговских зенитных пулеметов. Одной точной очереди хватало, чтобы сбить Хью вместе с бедолагами, которым не повезло в нем находиться.
— Горы…
— Я так понимаю, самолет исключен? — обратился полковник к одному из своих людей
— Да, сэр. Даже колумбийцам здесь делать нечего. [32]
32
Колумбийские пилоты — лучшие в вопросе снабжения партизан и заброски диверсантов в экстремальных условиях. Все потому, что они возят наркотики и им приходится взлетать с коротких площадок, вырубленных в джунглях и еще с большим грузом на борту. Они делают такое, чего не придет в голову сделать самым подготовленным пилотам ВВС
— Черт…
— Остается вертолет сэр. Ночная лиса…
— Да, вероятно. Господа, нужно будет организовать площадку подскока. Миль пятьдесят от зоны контакта. Это не разовая операция, я правильно понимаю?
— Да, сэр. Долговременный контакт. Забросить контактера в Кабул под легальным прикрытием… Возможно, мы это и сделаем, но в таком случае нам потребуется канал для экстренной эвакуации наших людей.
— Понимаю… В принципе — миссия сложная, но выполнимая. Потребуется выполнить несколько полетов вхолостую. Провести первичную разведку местности, подобрать основные и запасные посадочные площадки, пути похода к цели и отхода. Нужно будет несколько ваших людей, майор
— Хорошо — ответил Вебер
— Примерно так, джентльмены. Ваш контактер… не боится высоты?
— Контактером буду я, сэр — ответил Уорден
Полковник впервые глянул на него с уважением — до этого, Уорден был для него «еще одним хреном из ЦРУ». Что же касается Уордена — он и рад был бы передать контакт кому-то другому, да права не имел. Они и так потеряли всю разведсеть из-за сукиного сына Эймса… не хватало еще, чтобы и этого агента провалил еще один предатель.
— Вы летали на вертолетах?
— Да, сэр.
— Тогда вариантов операции может быть два. Если русский может быть на месте ночью — мы вас забрасываем, вы встречаетесь с русским и мы вывозим вас оттуда. Если русский может быть на точке контакта только днем — мы вас забрасываем ночью и вывозим следующей. В любом случае, я настаиваю на том, чтобы информация о точке контакта не сообщалась русским заранее. Ее могут перехватить и направить к месту рандеву несколько боевых вертолетов.
— Заброску придется проводить днем, сэр.
— Что? — не понял полковник
— Все полеты в приграничье возможны только днем, сэр…
— Нет, это черт знает что…
— Он прав, сэр — негромко сказал майор Вебер, которого люди полковника не раз вывозили на задание, когда он еще не оставил подразделение Дельта.
— И что значит эта хреновина.
— Полковник, вы помните операцию Коммандо Хант?
— Еще бы, во время нее меня и сбили, мать их, вьетконговцы.
— Русские начали проделывать нечто подобное. У них тоже возникла проблема прикрытия границы. С 1984 года они проводят операцию «Завеса» — охота на идущие из Пакистана караваны силами небольших ударных групп. В начале этого года — мы впервые получили данные об использовании русскими нового ударного самолета, типа нашего Спектра, способного барражировать над горами всю ночь и уничтожать любые цели артиллерийским огнем. Сейчас у русских как минимум четыре таких самолета, они регулярно дежурят по ночам над горами. На них есть прицельный комплекс с ночным каналом и гаубица калибра как минимум пять дюймов. И одна или две скорострельные автоматические пушки. Ночью все, что находится в пограничной зоне и внушает опасения, немедленно уничтожается. Поэтому, если вы попытаетесь действовать ночью — то, скорее всего, потеряете и людей и машину, вот и все.
— Днем слишком опасно.
— Ничуть, сэр.
— Черт, днем слишком опасно! Вертолеты видно визуально! Одного Диско хватит, чтобы сделать из моих людей отбивную. Если русский ударный вертолет увидит их — им кранты.
— Не увидит.
— Откуда вы знаете, черт побери…
Вебер и Уорден переглянулись. Они не имели права говорить, откуда информация.
— Мы уверены, сэр. Мы дадим вам полную и точную карту с указанием местоположения пограничных сил. У нас будут данные по тому, когда и как русские будут патрулировать. Можете считать, что каждый раз у нас будет окно на границе. Просто надо делать то, что скажут — и все будет нормально.
— Нормально никогда не бывает…
— Сэр… — решил приоткрыть завесу тайны Уорден — наш человек в Кабуле из тех, кто знает и решает очень многое. Поверьте, ему вполне по силам обезопасить и себя и нас.
Полковник усмехнулся.
— Сэр, только тот факт, что вы тоже будете в этом вертолете, заставляет меня поверить вам. Давайте, решим по переброске.
— Военно-транспортным самолетом. Чахлала открыта.
— Дальше?
— Нужен транспорт. Вертолет поместится в трейлер?
— Со сложенными винтами — да. Мы даже отрабатывали сборку вертолета и взлет с контейнерной площадки. Стандартный сорокафутовый контейнер.
— Замечательно. Куда?
— Лучше вот сюда, сэр — показал карандашом Вебер — база ВВС Пакистана Кохат. Я был там, и не раз. Отличная стартовая площадка и рядом с границей
— Кто там сейчас?
Сотрудник АНБ, откомандированный в межведомственную группу и приехавший с ними — немного замялся
— Э… судя по данным расшифровки снимков… исламская милиция, сэр. Местные.