— То есть, исламистские бандформирования? — уточнил полковник

— Вероятно… да, сэр.

— Мы не сможем работать.

— Думаю, что проблем с этим не будет — сказал еще один офицер, с заткнутым за погон черным беретом — сколько там этих?

— До ста человек одновременно, сэр.

— Мои люди разберутся с ними за одну ночь — успокоил собравшихся офицер с черным беретом

— Капитан, не время для Сонг Тея! — резко сказал Вебер — ситуация там не ограничивается сотней придурков! Если вы перебьете эту сотню, завтра у лагеря будет целая тысяча. Вас будут обстреливать, и это будет хуже, чем в Бейруте, потому что ближайший авианосец в пятистах милях, а Советская армия — в двадцати.

— Так что же вы предлагаете?

— Две вещи. Первая — надо точно знать, кто занимает аэродром. Какая группа. Второе — узнать, кто ее враги. Можно договориться с ними и предпринять совместный рейд. Вот в этом случае проблем не будет: одна Бандгруппа перебила другую, такое там постоянно.

— То же самое

— То же, да не совсем. Итак, нам нужна более подробная информация. Или новая площадка.

— Новую не стоит — сказал Уорден — там вся земля кому-то принадлежит или находится под чьим то контролем. Мы ничего не выиграем, только потеряем. Так у нас хотя бы будет настоящая база ВВС в качестве стартовой площадки.

— Нужны будут люди — сказал Вебер — в качестве охраны. Не американцы. Если местные увидят американцев — начнется джихад.

— Решим — пообещал Уорден — резервы найдутся.

— Полковник, ваши пташки могут летать в горной местности, не привлекая к себе внимания.

— Пойдемте, посмотрим…

Вертолеты Серой лисы содержались в двух больших ангарах. В одном — были UH-1 в гражданской, более продвинутой версии чем военная, с двумя двигателями и четырехлопастным несущим винтом. В другой — в основном были MD-500, гражданский вариант ОН-6 Cause. Гражданская, серо-синяя расцветка, но при этом — системы ночного видения, на некоторых — лазерные прицельные комплексы для противотанковых ракет. В углу — стояли несколько вертолетов, накрытых брезентом.

По приказу полковника брезент сбросили.

— Полагаю, вот это подойдет, джентльмены. Мы можем загрузить четыре таких вертолета в Толстяка и развернуть базу ВВС в любом месте быстрее, чем вы скажете «Джек Спрет».

Вертолеты и впрямь были необычные.

Первые их варианты появились еще во Вьетнаме, когда специальным подразделениям армии США понадобились небольшие машины, дешевые в эксплуатации, способные приземлиться на любом пятачке, даже на городской улице, чтобы эвакуировать двоих — троих человек или нанести немедленный удар по небольшой группе вьетконговцев. Для этого взяли победителя в конкурсе на «летающий джип» — OH-6, до этого работавший только как разведывательный и связной вертолет и оснастили его вооружением. В первом варианте — вместо сидений сзади поставили короба с боеприпасом и подвесили два Минигана или два легких контейнера с ракетами Зуни. Впереди — кроме пилота сидели и пулеметчик, вооруженный М60, он уничтожал прежде всего те цели, которые угрожали самому вертолету. Для повышения «пассажировместимости» начали экспериментировать: оказывается, по бокам на носилках (а вертолет использовался и в качестве эвакуационного) помещается шесть человек с легким вооружением — в два раза больше, чем было до этого.

Тогда же появились две глубокие модернизации ОН-6. Первая — на этот вертолет одним из первых установили систему FLIR — радарная система, используемая для полетов вслепую, в полной темноте. Вторая модернизация заключалась в том, что для снижения уровня шума на выхлопное сопло вертолета установили что-то вроде глушителя, примерно как на автомобилях, только увеличенный в размерах. Эти вертолеты — использовались на заключительном этапе войны для тайных миссий, связанных с пересечением границы и действиями в тылу вьетконговцев. Если армия уходила из Вьетнама — то специальные группы ЦРУ оставались и продолжали работать.

Последняя инновация — на Вьетнамскую войну не успела, хотя разрабатывалась специально под нее. Как стало понятно по итогам Вьетнама наиболее уязвимая часть вертолета — это хвост. Хвостовой ротор — призван парировать крутящий момент, возникающий при работе несущего винта, без него вертолет начинает беспорядочно вращаться и падает на землю. Хвост вертолета — это длинный хвостовой вал, находящийся под нагрузкой и редуктор, утечка смазки или повреждение которого гарантированно приводит к катастрофе. Вьетконговцы это поняли — и если сначала старались бить по пилотской кабине, то в конце войны — уже по хвосту, и часто хватало одного удачного попадания. Фирма Hughes Helicopters детище знаменитого летчика Говарда Хьюза придумала, как решить эту проблему, только уже поздно в 1975 году.

Решение было простым. Теперь — хвостовое оперение вертолета представляло собой специальную трубу с системой сопел, куда отводились выхлопные газы от турбины. Истекая из сопел, они то и создавали момент, который парировал вращение вертолета. Помимо меньшей уязвимости — ни одно ни два попадания не способны привести к критическим последствиям — инженеры Hughes вплотную подошли к созданию вертолета с шумностью на порядок меньше классического. Ночью — этот вертолет издавал не привычный вертолетный грохот, а давящий, но не слишком громкий шум, природу которого не видя вертолета понять было сложно. Систему назвали NOTAR (No Tail Rotor — без хвостового винта)

В ангаре Серой лисы было как раз несколько таких вертолетов. Система NOTAR, нарост FLIR впереди, цвет — неопределенный, что-то между серым и черным. Боковые кронштейны — для установки оружия или скамеек для десанта.

— Какова скорость этого вертолета?

— Крейсерская — примерно сто двадцать.

— Всего?

— Сэр, глушитель забирает часть мощности двигателя — оскорбленно ответил подполковник — я понимаю, что тем парням, которых мы подбираем не терпится угнести ноги, но тут совсем другое дело. Мы никогда не выходим на максимальную скорость. Зато я готов поклясться, сэр, что ночью я подлечу к вам со спины, и вы не будете знать про меня, пока ветер от винтов не сорвет вашу панаму…