— Исключено — отрезал судья

— Но сэр!

— Исключено. Это слишком опасно. Если русские поймут, какую задачу выполняют эти самолеты в пограничной зоне, они просто их собьют.

— Но они будут курсировать над территорией Пакистана!

— Господи, Милт, придите в себя! Это не остановило русских, когда они сбросили на Пакистан атомную бомбу! Это не остановит их и сейчас! Я не могу подвергать опасности самолет и членов команды на его борту, просто не могу! Нам не нужна еще одна война с русскими в этом регионе!

— Черт возьми, сэр!

— Вопрос исчерпан и закрыт. Раз и навсегда. Продолжайте выполнять наблюдательную миссию, ждите выхода агента на связь!

Уорден хорошо знал изнанку их работы. Но все же попробовал еще раз.

— Сэр, боюсь вы не понимаете, что стоит на кону. Этот человек один, он бросил вызов всей государственной машине Советов. Этот человек доверился нам и мы дали ему гарантии безопасности. Как мы теперь можем…

— Черт возьми, Уорден, перестаньте пороть чушь! Вы что, считаете, что если мы даем какому-то агенту гарантии безопасности, это распространяется вплоть до Сибири!? У нас нет ничего, вы слышите, ничего! Только непонятная активизация русских! И вы хотите, чтобы мы подставили два десятка американских военнослужащих ради непонятно чего!?

— Сэр, мы попросту теряем время, а агент…

— Хватит! Достаточно! Утром по нашему времени соберется межведомственная группа, тогда и решим, что делать! А сейчас — просто следить и докладывать! Если сталинисты из-за нас собьют американский военный самолет — это нас с вами упекут в ГУЛАГ, а не вашего агента! Все, разговор окончен!

— Парни, возможно, это лучший агент за все время существования американской разведки… — сказал Уорден

Бойцы спецотряда Дельта, свободные от вахт, специальные вертолетчики, многие из которых еще помнили Вьетнам — собрались в комнате, хоть немного подходящей для этого случая. Они внимательно слушали американского разведчика — слушали в полной тишине.

— Этот парень… он русский, из их разведки. Комитет государственной безопасности. Он занимает там очень высокий пост. Он не сталинист, он выбрал свободу и решил перейти на нашу сторону. Теперь русские идут за ним по пятам, он на той стороне и совершенно один. Джентльмены, я считаю, что мы не имеем права бросить его…

— Так вот из-за чего русские подняли бучу… — сказал вертолетчик

— Верно. Нам не дадут самолет радиотехнической разведки. Для спасения этого парня не пошлют ни нас ни отряд морской пехоты. Но этот парень — с самого их верха, и возможно — он несет сведения, которые позволят предотвратить третью мировую войну. А может — и нет. Но мы это не узнаем, пока не вытащим его оттуда.

— Но нам запретили это сделать, так? — спросил Симмонс

— Так. Но я, ребята, придерживаюсь старого правила — не бросать своих в беде. Это правило меня выручало еще в Краю Больших неприятностей.

— Неплохое правило.

В краю больших неприятностей — значит, во Вьетнаме. Времени прошло не так много — и из присутствующих там побывало больше половины.

— То есть, нам надерут задницы — спросил один из дельтовцев

— Да, если мы провалимся — сказал Симмонс — если мы вытащим этого парня, нас похлопают по плечу и сделают вид, что были в курсе с самого начала. Как всегда и бывает.

Политическую ответственность — на себя не хотел брать никто и никогда.

— Начнем с самого начала — сказал командир вертолетчиков, не раз вывозивший агентов из Бейрута — у нас есть связь с этим парнем?

— Никак нет, сэр.

— Почему мы должны думать, что он все еще жив?

— Потому что русские не прекращают его поиски — Уорден воспользовался тем же аргументом, какой он привел в разговоре с директором ЦРУ.

— Мы знаем, насколько он близко или далеко до границы? Он ранен? У него на хвосте погоня или он пока в безопасности.

— Черт, в этих горах никто не в безопасности…

— Надо установить связь. Без связи ничего не будет.

— Верно…

— И как мы это сделаем?

Все уставились на вертолетчика. Знакомое дело — инициатива всегда и везде имеет своего инициатора.

— Какими средствами располагает агент? — спросил вертолетчик

— Только тактическими.

— Он знает наши частоты, коды опознания?

— Да.

— Есть периодичность выходов на связь? Он будет выходить на связь по собственной инициативе?

— Да.

Вертолетчик вздохнул

— Тогда все не так плохо. Вопрос в том, как нам принять его сигнал и установить связь, не имея высотной станции…

— А если использовать вертолет?

Вертолетчик задумался.

— Как вариант. Вот только русские — сразу просекут ситуацию и начнут использовать глушилки. Что вообще знают русские?

Уорден пожал плечами

— Если бы знать… Мы предполагаем, что агент провалился, и русские его ищут. Но в то же время — он опытный человек, знает все их повадки и уловки.