— Вор нашел брошь в кроватном столбике, так что уж говорить про ваш тайник. Почему бы вам не отдать его мне? Я попрошу Шеймаса зарисовать его и сама сфотографирую. Так, по крайней мере, если что-то случится, мы сможем найти концы.

— Где вы собираетесь его хранить?

— В том же футляре, и я думаю, что, если я положу его в сумку с остальной косметикой, никто не догадается, что в этом футляре не пудра.

— Джемма, какая вы умница, — сказал Трис и тепло ей улыбнулся. — Вы уверены, что остановили свой выбор на Колине? Больше ни у кого нет шансов?

Он был по-настоящему красивым мужчиной, но у Джеммы интереса не вызывал.

— Уверена на все сто. — Она посмотрела на часы. — Мне пора. Завтра рано утром я должна быть в спортзале.

Он проводил ее до машины. Вечер был славный.

— Я рад, что вы приехали в Эдилин. Вы — ценное приобретение для этого города, — сказал он и поцеловал Джемму в щеку. Глаза его озорно блеснули. — И если вы когда-нибудь обнаружите, что Колин Фразьер совсем не тот, каким он вам сейчас представляется, вы знаете, где я живу. — Он открыл для нее дверь машины.

— Непременно передам ему ваши слова… — Джемма вдруг почувствовала неодолимый приступ тошноты. Она согнулась пополам, и весь ужин оказался на земле.

Тристан мгновенно преобразился из насмешливого приятеля во врача. Он обнял ее за плечи и повел обратно в дом.

— Это желудочный грипп, — сказала Джемма довольно громко, словно пыталась заглушить мысли о том, что могло бы явиться истинной причиной ее тошноты. — Или, может, я съела что-нибудь не то. Через несколько минут все пройдет, и я буду как новенькая.

Трис не сказал ни слова. Он лишь проводил ее до дверей в уборную на первом этаже сразу за вестибюлем. Он исчез на мгновение и вернулся с маленьким пластиковым колпачком.

— Анализ мочи, — сказал он. — Чтобы проверить, что вызвало рвоту. Видите ту комнату? — Он указал на дверь, которую она прежде не заметила. — Я буду там. — Он закрыл дверь в туалет.

Пока Джемма делала то, что он велел, она очень старалась не думать. Конечно, это был какой-то желудочный вирус. Эти вирусы так легко подхватить, верно?

К тому времени как она закончила и вышла из уборной, ее уже трясло. Трис в белом халате стоял в дверях комнаты, куда он велел ей подойти. Она была обставлена как смотровая.

— Как умно иметь это у себя дома, — сказала Джемма, чувствуя, что голос выдает ее нервозность. — Вы многих пациенток тут принимаете?

— Только избранных. Джемма, я хочу, чтобы вы сели и сделали несколько глубоких вдохов. Воспользуйтесь тем, чему научились на тренировках, чтобы успокоиться.

— Конечно, — сказала она, глядя, как он, взяв колпачок с мочой, вышел из комнаты.

Она знала, что он отсутствовал всего несколько минут, но эти минуты показались ей часами. Когда Трис зашел, Джемма подняла на него глаза.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он тем тоном, каким все врачи разговаривают с пациентами.

— Пищевое отравление? — прошептала она.

— Джемма, — начал он, и она увидела ответ в его глазах.

Она закрыла лицо руками.

— Я не готова к этому, — прошептала она. — У меня работа. Я едва знаю Колина.

Трис положил руку ей на плечо.

— Как насчет чая с гренками? Я бы предложил крекеры, но у меня их нет. — Он наклонился и помог ей подняться. — Пойдем в гостиную и поговорим.

Через несколько минут они сидели на его диване, и Джемма пыталась есть тосты, которые Тристан для нее сделал, но все, что попадало в желудок, стремилось выйти наружу. Он снял белый халат и снова стал ее другом.

— Ребенок? — удивилась Джемма. — Вы уверены?

— На все сто. Завтра я намерен выписать вам кое-какие витамины, и я запишу вас на прием к акушеру-гинекологу. С учетом обстоятельств я не думаю, что мне следует…

— Да, — согласилась она. — Это могло бы помешать нашей дружбе. — Джемма посмотрела на него, и все, что она чувствовала, отразилось в ее взгляде. — Что мне делать? Как я скажу Колину?

Трис накрыл ее руку своей.

— Джемма, если вы этого не хотите, я могу договориться об аборте. Никому, кроме нас двоих, не обязательно знать, что это произошло.

Джемма отдернула руку как ужаленная.

— Больше никогда не смейте мне это говорить!

— Хорошо, — кивнул он и в первый раз улыбнулся. Он снова взял ее за руку. — Джемма, все будет хорошо. Я знаю Колина всю свою жизнь, и он сделает все, что вы захотите.