Тирриниэль оказался более щепетилен в данном вопросе и оделся соответственно случаю: в бело-золотые одежды своего Рода, весьма своеобразно оттеняющие его седую шевелюру. Венец Силы тоже не оказался забыт - пылающий в нем изумруд искрился и переливался в свете магических светильников, как настоящая сокровищница магической силы, которой, благодаря Белке и Тиру, скопилось там гораздо больше, чем обычно.

Элиар тоже остался верен себе и надел традиционные цвета своего Леса - черный и золотой, отлично гармонировавшие с его светлыми волосами, почти белой, будто светящейся изнутри кожей и крупным сапфиром на таком же Венце Силы, как у Темного Владыки.

Остальные, согласно заранее обговоренному плану, остались в непроницаемо черных одеждах, долженствующих подчеркнуть величие и исключительность Владык. Заодно, скрыть от любопытных глаз некоторые особенности экипировки. В частности, тончайшие и, вместе с тем, очень прочные кольчуги, метательные ножи, ножные клинки. А еще - отвлечь внимание от висящих на поясах ножен с родовым оружием, с которым никто из эльфов не намеревался расставаться. Несмотря даже на то, что в Летнем Дворце его разрешалось носить далеко не всем и лишь с дозволения Владычицы.

– Мне не нравится, что ты без мечей, - буркнула Белка, придирчиво осмотрев мужа перед входом в Обеденный зал.

Таррэн, поправив ворот безупречно сидящей рубахи, неопределенно пожал плечами.

– Ничего не поделаешь. По здешним законам Владыкам не положено самостоятельно браться за оружие. На это имеют право только слуги и личная охрана.

– Все равно!

– Не волнуйся. Мне достаточно твоего.

Белка, перехватив поудобнее свои ножны, насупилась еще больше.

– Хочешь сказать, в прошлый раз ты тоже щеголял тут безоружным?

– В прошлый раз я пришел сюда незваным гостем, - спокойно напомнил Таррэн.
– И в прошлый раз меня неласково встретили. А теперь нас пригласили по всем правилам. И мы должны оказать уважением этому Дому хотя бы тем, что не выставляем напоказ все имеющееся у нас оружие... гм, по крайней мере, не выставляем сразу.

– То-то ты с собой Стрегона позвал, - тихонько фыркнула Белка.
– Очень они обрадовались, когда его увидели! И это ты называешь - "проявить уважение"?!

Идущий сразу за Тирриниэлем полуэльф чуть шевельнул кончиками заостренных ушей, но не подал вида, что услышал.

– Стрегон - другое дело, - ничуть не смутился Таррэн.
– Он нам нужен. И я ему доверяю.

– Именно в такой последовательности?
– прищурившись, уточнила Белка.

– В какой хочешь. Главное, что он здесь, и я не собираюсь этого менять.

Стрегон внимательно посмотрел на Хозяина Проклятого Леса, но снова смолчал: уже понял, что разговор ведется не для него, а специально для ушастого проводника, который при первом взгляде на полукровку едва удержался, чтобы не облить его презрительным взглядом. Ну, и для почетного караула у дверей, разумеется, которые уже приготовился встретить гостей почетным салютом.

Стрегон не выспрашивал у Таррэна о причинах, которые побудили его взять с собой на Алиару недавнего наемника. Не знал, почему его предпочли почти трем сотням других желающих, готовых идти за своим Вожаком и в огонь, и в воду. Насчет Роса все ясно - будучи сильнейшим перевертышем в Золотом Лесу, он опять остался у перевертышей за старшего.

Шир - тоже понятно: за последние десять лет Белка успела изучить его лучше, чем кого бы то ни было, и доверяла так, как, наверное, никому больше. Тем более, что за это время он поднялся в мастерстве еще на одну ступень и два года назад все-таки перешел в касту Старших.

Нэш и Таш также вопросов не вызывали. Эти два желтогривых здоровяка были одними из лучших среди Старших волков. Чем-то неуловимо похожие, невероятно быстрые, свирепые, они были для Белки отличным подспорьем в любых начинаниях. Несмотря на то, что за последние двадцать лет именно они чаще других выказывали в Стае свой буйный нрав. А Нэш, будучи довольно молодым, однажды умудрился оспорить право Гончей на лидерство, после чего несколько месяцев приходил в себя и зализывал раны.

Впрочем, она не держала зла: волки есть волки - всегда ищут чего-то лучшего. Так что, намяв холку дерзкому самцу, она не обделяла его потом своим вниманием, не раз после этого ходила на охоту. По-прежнему учила, строго наказывала, когда было, за что. И со временем вспыльчивый перевертыш стал гораздо терпимее, покладистее, устойчивее к бурным проявлениям звериных инстинктов. Хотя Стрегон, конечно, не исключал и того, что Гончая намеренно взяла с собой этих смутьянов, чтобы не спускать с них глаз и не оставлять на загруженного другими делами Роса.

Что же касается себя, то Стрегон, к собственному стыду, так и не смог определиться со своим отношением к Белке.

Да, прежняя ненормальная тяга уже давно не тревожила его душу. Теперь он мог без содрогания вспоминать недавнее прошлое. Мог находиться рядом с Гончей без риска потерять голову. Не поддавался ее чарам. Почти не чувствовал ее чарующего запаха, от которого у эльфов форменным образом переклинивало мозги... он стал свободным от ее силы. Согласившись ради этого перевернуть с ног на голову свою жизнь и еще пять лет назад поменяв старое Братство на новую стаю.