— Не обязательно так тянуться, сидите, как вам удобно, — вежливо ответил журналист. — И не волнуйтесь, рассказывайте, как все было…

— Уж слишком большие вы мне деньги предложили, — вздохнула Нина. — Мне кажется, я на такую сумму и рассказать ничего особого не смогу. Знаете, согласилась, потому что деньги нужны. Я ведь одна дочь воспитываю…

— Не переживайте. Что вспомните, то и говорите.

— А вдруг меня потом убьют? За то, что я все государственные тайны разболтала? — опять дернулась Нина.

— Ну что вы! — улыбнулся журналист. — Мы ваше имя никому не раскроем. Полная конфиденциальность! А как иначе… с нами бы тогда никто не стал сотрудничать, если бы мы своих информаторов рассекречивали.

Нина вздохнула, поежилась. Наверное, не врет. Но все равно как-то не по себе…

— Они полюбили друг друга, Макс и Рита, когда им обоим лет по шестнадцать было, наверное, — дрожащим голосом начала Нина, чуть наклонившись к диктофону. — Они оба были чудесными детьми, славными… И тут эта любовь. Прекрасная и несчастная. Ну кто виноват в том, что первая любовь всегда плохо кончается? Никто.

— А Варя Новосельцева была тоже влюблена в Макса?

Нина опять судорожно вздохнула:

— Макс стал встречаться с ней позже, уже после того, как расстался с Ритой, — мужественно произнесла Нина. — Так что ничего эдакого, скандального, я, как видите, поведать вам не могу. Варя тоже хорошая девушка была…

— А что вы можете сказать о Лили?

— Да не было никакой Лили. Это уж выдумки Ритки. Она ж детективы пишет, надо было ей в свой роман какую-нибудь детективную линию запихнуть, вот и придумала она эту Лили.

Когда Нина произнесла это, точно камень с ее души упал. И она заговорила уже быстро, четко, взволнованно. Рассказала, как Макс и Рита любили друг друга и какая это была милая пара. Что уже тогда было ясно, что Макс — необыкновенный и что Рита не такая, как все. Но они слишком разные… Как огонь и вода. А вот Варя очень подходила Максу, настоящая леди с железным характером.

— …Максим встречался с Ритой после женитьбы?

— Нет, никогда. Но Рита его любила и страдала. Потому и роман этот написала, где выплеснула свои чувства. Но, знаете, ее потом словно отпустило. У нее ведь тут начался новый роман — с братом Макса, Иваном. И это такое счастье, такая любовь опять необыкновенная… — Нина всхлипнула, вытерла глаза. — Я за них рада, за Ваню и Риту. И за Макса с Варей я тоже рада, трое деток у них как-никак. Дай бог им всем счастья. Берегите свою любовь, люди… У меня вот не было в жизни любви, и я несчастная. Дочка вот есть, а любви не было, да. И это грустно…

Соня не стала предупреждать Дэна, что она уже в Москве. Ей надо было поймать первый взгляд своего возлюбленного после долгой разлуки, а в этом деле важна неожиданность.

Что толку выпытывать у Дэна подробности его жизни в Москве без нее, Сони? Встречался он с кем-то или нет… Тосковал он без Сони или нет. Конечно, можно поговорить с общими друзьями и их расспросить о жизни Дэна в отсутствие Сони… Но друзья могут напутать что-то, исказить факты или просто быть не в курсе.

Может, Дэн и встречался с какой-нибудь девчонкой. А что, он же нормальный парень, не монах. Дал слабину, а потом раскаялся, потому что любит Соню. И что теперь, казнить его? Хотя, конечно, это будет ужасно, если Дэн с кем-то встречался. И тогда в его первом взгляде на Соню проявится чувство вины. Вина, боль, раскаяние.

Простить или нет?

Соня не знала. Она еще не знала себя, как женщину, на что она способна, и потому даже немножко боялась саму себя. А вдруг она — обидчивая и нетерпимая? Патологически ревнивая? Бывают же такие чокнутые… А вдруг и она из таких?

Но хуже всего, если Дэн посмотрит на нее с равнодушием. С отвращением. Да, и это может быть — если Дэн, например, встречается с Соней из корыстных соображений. Ведь у нее отец, возможно, станет Президентом. Или Дэн из тщеславия завел с Соней роман.

Все остальное время Дэн может изображать радость и восхищение Соней, но первый взгляд проявит его истинную сущность.

«Но как я могу сомневаться в нем, как я могу ему не доверять? Господи, какая я гадкая, уже заранее думаю о нем плохо!» Соня ненавидела себя, Дэна. Потом ругала себя и чуть не плакала от нежности к своему возлюбленному.

Поэтому метод Марго казался ей единственным спасением. Лакмусовой бумажкой, способной проявить истинное отношение Дэна к ней.

Соня отправила Дэну несколько эсэмэсок из серии — как дела, где ты сейчас. Дэн в ответной эсэмэске сообщил, что он сейчас в библиотеке.

Правду говорит или нет?

А вот посмотрим.

Соня помчалась в институт с такой скоростью, что телохранитель едва успевал за ней. К счастью, остался потом в холле, дожидаться возвращения девушки. И на том спасибо. «А что будет дальше? Если сейчас я без охраны никуда не могу ходить, то что будет, если отец станет Президентом?» Показывать свои отношения с Дэном на публике Соня тоже не могла — того и гляди, сфотографируют и выложат фото где-нибудь в Интернете.