– Собственница!
– хихикает Тирин.
– Ну, да, может, оно и хорошо, быстрее мужа себе найдешь.

– Какого-нибудь красавца, - поддержала я.
– И умного, а не как тот Михель, что все смеялся, да руки ко мне тянул, а еще лакал вино, не останавливаясь. Может, даже того блондина - Олин, кажется, красавчик...

Вердана долго смотрела на желтый флакончик. Дорин мог солгать, на этот раз действительно вручить ей простое сонное зелье, но тогда она вообще переставала понимать мотивы его поступков. А вот если это с самого начала было сонным зельем... Хотя нет, все равно не сходится! Вердана ведь пришла к нему и назвала имя Дириани. Магистр в любом случае должен был ее выслушать, а не убраться восвояси.

Целительница задумалась. В мыслях даже промелькнуло, а называла ли она на самом деле имя архимага, может, забыла, понадеялась, что Дорин и так поймет, о ком она. Как бы там ни было, память спрятала подробности этого разговора. Понять хоть что-то, можно было лишь выпив зелья.

А стоит ли?

Целительница покачала головой, открыла флакон, поднесла ко рту уже привычное кисло-сладкое зелье. Что ж, по крайней мере, вкус был похожим. Затем отставила флакон в сторону и легла на кровать.

Определенно стоит!

– Элен, неужели ты меня не узнаешь?
– снова повторил Олин.

– Узнаю, - мои губы задрожали.
– Теперь узнаю, - повторила я уже тише и вырвала свою руку из рук Фреда.

– Что случилось?
– он хотел приобнять меня, но я вырвалась из его объятий.

– Теперь все хорошо! Уходи, пожалуйста.

– Что ты имеешь в виду? Что случилось? Неужели ты...

Олин не дал Фреду договорить.

– Вы же слышали, что она сказала. Уходите. Простому игроку в карты, мошеннику, к тому же не гоже танцевать, да даже стоять рядом с аристократкой!

– С чего вы взяли, что я мошенничал при нашей с вами игре? И с кем мне не гоже рядом стоять?

Отвечать на первый поставленный вопрос ни Олин, ни Тирин не пожелали, а вот на второй...

– С Элен Мирра!

Фред даже не пошевелился, не отшатнулся, с испугом глядя на меня, только крепче сжал зубы.

– А это уже мне решать!

– Нет, мне! Знаешь. Я удивленна, что с твоим знанием языков, истории, географии ты еще не понял. Джензбург, Мирра, Элрон, кровавые рода. А еще та Джахалова книга в доме у Риани, угораздило же Дорина с Ристером тогда зайти! Поразмышляй на досуге, может, поймешь, что и как. Я вот уже поняла. Ученик победил учителя. Смешно, я ведь не хотела этой победы, чтобы я там не говорила, - по моему лицу покатились слезы.

Фред потянулся вытереть их, но я снова его оттолкнула.

– Это конец, и, если пораскинешь мозгами, поймешь почему!
– я отошла от Фреда и приблизилась к Олину и Тирину.
– Я рада, что вы меня нашли. Но мне расхотелось танцевать. Пойдемте отсюда!

Я знала, что он смотрит мне вслед, знала, что должна быть сильной, что не должна плакать. Жаль, что Фред не понял, кто такие Мирра - те, кто проводили кровавые ритуалы, те, кто, возможно, проводят их и по сей день. Пускай, я не разу не видела ничего подобного пока жила в нашем замке. Была ребенком, которого интересовали только балы и украшения, поклонники и признания в любви.

Если бы он понял, было бы легче проститься, а не отталкивать его изо всех сил, когда хотелось прижаться к груди. Меньше всего я хотела увидеть презрение в его глазах, ненависть. Жаль, что Олин вообще проговорился, кто я. Жаль, что я тянула с примерением, Жаль...

– Тебе холодно?
– внезапно спросил Олин, укрывая меня своим плащом.
– Ты вся дрожишь.

Сказать правду?

– Да, вечер холодный. Спасибо тебе, - я с благодарностью посмотрела на парня.
– Это именно то, что мне нужно.

Уж лучше солгать.

Селестин рыдала, горько, навзрыд, как в далеком детстве. Только вот теперь никто не мог ее утешить. Вокруг попросту не было ни одной живой души. А ведь раньше всегда рядом была мать, которая обнимет, скажет, что все будет хорошо. Солжет.

Девушка уже давно поняла: в мире гораздо больше зла, несправедливости, жестокости чем добра, всепрощения, любви. Впрочем, нет, любовь есть. Только безответная, горько-сладкая. Но сладость быстро уходит, а горечь остается, да и куда ей деться, если в очередной раз выбирают не тебя! Что с нею такое? Чем она хуже этой Элен?

Селестин глубоко вздохнула и вытерла слезы с лица, но не встала. Так и сидела возле поваленного дерева, сквозь зеленую листву глядя на звезды. Сил, чтобы встать и идти, не было. Да и куда ей идти? За комнату в трактире уже давно платил не Ристер, а Олин с Тирином, а жить за их счет девушке не хотелось. Раньше-то она думала...

Дурой была, вот и мечтала о несбыточном! Теперь будет умнее.

Знахарка уже хотела подняться, но внезапно за деревьями послышался разговор.

– Не думал, вас здесь встретить.