Из подъезда вышли еще двое привлекательных мужчин и уселись в «мерседес». Леночка с сожалением вздохнула. Ее сердце стало биться ровнее и совсем успокоилось, когда автомобиль свернул за угол и исчез из виду.

Такие красавчики никогда за ней не ухаживали. Они жили в своем, параллельном мире, полном риска, денег и крови. Они казались призраками заколдованных городов, где правит золотой телец и куда таких, как она, не пускают. Да и что ей там делать?

– Вот дура! – прошептала она. – Нашла куда смотреть. Сердце запрыгало, как у малолетки, дыханье сперло. Тьфу, балда какая! За тридцатник перевалила, а ума так и не набралась. Да эти мальчики свернули бы тебе башку, не моргнув глазом, и потом отправились бы пить шампанское в свое удовольствие. У них нет ни чести, ни совести. Они служат злу. А это хорошим не кончается…

Не сумев себя убедить, что «плохиши» ей не пара, Лена не на шутку разозлилась. Она вспомнила бывшего мужа и Казакова. Оба не шли ни в какое сравнение с «плохишами», явно проигрывая им по всем статьям.

– Что за наказанье? – взмолилась она, чуть не плача. – Можно ли быть такой идиоткой? Не хватало еще влюбиться в бандита!

«И вовсе они не бандиты, – нашептывал ей внутренний голос. – Они просто привыкли жить по-другому. Не так, как ты. Они ничего не ждут и никого ни о чем не просят, а приходят и берут то, что хочется. А ты им завидуешь… Ну, будь же откровенной. Тебя сейчас никто не слышит, – ни родители, ни коллеги по работе, ни знакомые, ни Казаков. Ты можешь не прикидываться благопристойной овечкой. Ведь по натуре ты хищница, такая же, как и они».

– Нет! – испугалась Слуцкая. – Я знаю, что это такое. Это – искушение злом. Это порок, который тем и привлекателен, что красиво упакован. А что внутри? Золотые оболочки рассыплются, и обнажится гниль. Отвратительная, мерзкая гниль.

«Ты просто завидуешь… – не сдавался ее внутренний оппонент. – Пытаешься отвести глаза самой себе. Как глупо! Обманывать себя – опасный путь, он приведет тебя к неизбежному крушению. Тебе ведь нравятся эти мальчики: в них есть нечто вызывающее, роковое и… беспощадное. Их игра идет по дьявольским правилам, и ставка в ней – жизнь».

– Ничего подобного… – вяло протестовала Лена.

Она уже почти согласилась с поражением. Красивые мальчики победили. «Плохиши» тронули ее сердце, заставили пожелать прикоснуться к их миру, окунуться в него, попробовать его на вкус. Они ей нравились, да. К чему лукавить? А больше всего ей нравился их хозяин.

Именно за ним они приезжали каждое утро на шикарном белом «мерседесе». Именно на него ей нравилось смотреть – как он выходит из подъезда, рослый, статный, всегда при параде… уверенный в себе мужчина. «Главный плохиш» – так она его называла. А ведь он чертовски привлекателен! Просто неотразим. Ее бывший супруг, нынешний ухажер Казаков и прочие представители сильного пола, которые время от времени оказывали ей знаки внимания, не шли с ним ни в какое сравнение. Такоймужчина не будет из экономии возить свою даму на троллейбусе, покупать дешевые букеты и угощать ужином в пиццерии.

У Лены пересохло в горле от крамольных мыслей. Ее вольнодумство переходит всякие границы. Дело дошло до того, что она оправдывает бандитов, а порядочные люди вызывают у нее раздражение и досаду. Они – видите ли! – не умеют грести деньги лопатой, обирать честных граждан, беспредельничать и стрелять друг в друга. Они получают зарплату, которую приходится тратить с расчетом, чтобы хватило на месяц. Они слишком обычны для того, чтобы заинтересовать ее! Ей с ними скучно.

Опомнившись, она перевела бинокль на чердачное окно. Увы, напрасно! Наблюдатель исчез.

– Так мне и надо! – ругала себя Лена. – Дура! Меркантильная, расчетливая дрянь! Пицца мне не подходит, – подавай устриц в лимонном соке! Дура…

Чтобы немного успокоиться, она решила поесть, но традиционный завтрак – овсянка, бутерброд с сыром и кофе – показался ей безвкусным. Перед глазами стоял «главный плохиш», пробуждая волнующие мысли вроде: «А каков он в постели?»

– Так больше продолжаться не может! – воскликнула госпожа Слуцкая и принялась названивать на работу в надежде выпросить отгул.

Очень не хотелось сидеть целый день в пыльном кабинете и щелкать калькулятором. Цифры, цифры, цифры… постоянно одни и те же проклятые цифры! Когда жизнь, «сказка венского леса», проходит мимо! И пройдет. Если немедленно не предпринять что-нибудь экстраординарное.

Ей не повезло. Кощей уехал на совещание в министерство, а Гришина заболела. У нее обострился хронический бронхит. Экстраординарные меры откладывались как минимум на три дня.

Приехав на работу, Лена уселась напротив окна и занялась созерцанием заднего институтского двора. Сквозь потрескавшийся асфальт кое-где пробивались чахлые кустики, в углу у мусорки были свалены ящики и картонные коробки, а у водосточной трубы сидела кошка Попрошайка, тщательно вылизывая свои полосатые бока.

Слуцкая высунулась в окно и бросила кошке хвостик копченой колбасы. Пусть хоть у нее будет сегодня праздник.

Попрошайка с удивлением подняла мордочку, резво метнулась к колбасе и убежала с добычей за мусорный контейнер.

Лена вздохнула и с отвращением посмотрела на кипу исписанных цифрами бумаг. Боже! Неужели ей придется целый день считать? До самого вечера!

Перед глазами снова появился «плохиш». Вот у кого не жизнь, а малина. Хочешь – спи, хочешь – гуляй. На него уйма народу спину гнет, а он – знай себе прохлаждается. Деньги сами работают, прибыль растет, только успевай тратить.