– Жизнь – это театр утонченных удовольствий! – охотно объяснила госпожа Слуцкая. – Выходите из машины – в вас стреляют, я подворачиваю ногу, а погибает охранник.

– Не вижу ничего смешного, – холодно заметил Павел.

– Кто сказал, что удовольствия обязательно должны быть смешными? – возразила она.

Широков шумно вздохнул.

– Завтрашний день туманен, – улыбнулась Лена. – Никто не знает расклада игральных костей.

«Пережитый стресс сказался на ее психике, – подумал бизнесмен. – Надеюсь, это пройдет».

Вслух он вежливо пожелал соседке скорейшего выздоровления, попрощался и положил трубку.

– Позвонил-таки! Позвонил, позвонил! – засмеялась она и поковыляла на кухню готовить завтрак.

После еды она решила заняться своей красотой. Сделать маску по рецепту египетской царицы. Достала листочек с записями госпожи Шамис и добросовестно принялась за изготовление «средства Клеопатры».

«Пшеничное тесто замесить на ослином молоке… добавить порошок из нильских улиток, смешать с бобовым отваром…»

– Где же я возьму ослиное молоко? – возмутилась Лена. – Ну, ладно, в крайнем случае его можно заменить коровьим. А как быть с нильскими улитками? Ох-хо-хо… Непростое это дело.

Проще всего было с бобовым отваром, но… если заменить все ингредиенты, средство не получится таким, как задумано, и не возымеет должного эффекта.

Лена позвонила Розе Абрамовне.

– Где ваша матушка брала ослиное молоко и нильские улитки?

Пожилая дама задумалась.

– Не знаю, – после долгой паузы призналась она. – Про это в дневнике маменьки ничего не сказано. Покупала, наверное.

– Где? В Елисеевском или на рынке? Может, ей прямо из Египта все это присылали?

– Ну-у… – госпожа Шамис задумалась. – При папенькиных-то доходах вполне вероятно. Могли выписывать из Египта. Или из Парижа.

– А мне что делать прикажете? – возмутилась Слуцкая. – Мой папенька имеет в собственности только квартиру, дачу и военную пенсию. Это далеко не ломбарды и ювелирные магазины.

– Из всякого положения есть выход, – не сдавалась дочь Агриппины Стрельниковой.

Лена в отчаянии закрыла глаза, и тут же перед ней предстала Клеопатра, окутанная дымкой коварства, любви и смерти, – «роковая женщина», царица-куртизанка, «злой гений Египта», которая была и осталась тайной. В присутствии ее «золотого» образа таким вздором вдруг показались улитки и ослиное молоко… что аж скулы свело.

Лена решительно высыпала муку и бобы в мусорное ведро и с облегчением вздохнула…

Унно Мар

Летательный аппарат, похожий на огромную улитку, мягко опустился на каменную площадку. Из него вышел мужчина, осмотрелся и присел на твердый, оглаженный ветрами валун. Тело мужчины обтягивал костюм в виде золотой «чешуи».

Мужчина глубоко задумался. По его лицу пробегали тени, глаза были закрыты.

Внизу, у подножия скалы, глухо ворчало море, с рокочущим гулом заливая скальные пещеры. Отступая, оно шумело и пенилось, оставляло на каменных обрывах синие водоросли – лании. Застывшие толщи вулканической породы торчали из воды, как зубья гигантского гребня. Целые колонии ланий колыхались в прозрачной воде, которая казалась черной от цвета скал. Это место так и называлось – Ланийский Гребень.

Сесть на крошечные каменные площадки Ланийского Гребня удавалось только самым искусным и опытным пилотам. Место считалось непригодным для прогулок ни по воде, ни по воздуху и потому пустовало.

Унно Мар уединялся среди скал Ланийского Гребня, когда ему надо было подумать.

Пеллактур переживал свой расцвет, но тем, кто приводил в движение скрытые механизмы власти, стало ясно – наметилась тенденция упадка. Пока этого никто не замечает, но…

Основатели слишком хорошо знали, как это начинается. Память о закате Города все еще не угасла. Стерлись подробности, притупились чувства. Однако признаки грядущей угрозы внушали тревогу.

Пеллактур имел два основных опорных пункта в созвездии Тхаа, они располагались на планетах Ариания и Огр, которые облюбовали и освоили пришельцы.

Арианией владели женские существа, Огр служил военной базой, а Пеллактур являлся главной резиденцией Основателей. Только на Пеллактуре дозволялось присутствовать и мужчинам, и женщинам.