Ну а что может быть изысканнее, чем облиться “жидким временем” и прожить внутри магического пузыря две недели? И это при том, что во внешнем мире, у Рутгера с Буджумом, пройдут какие-то несчастные две минуты!

— Да я о таком с детства мечтаю! — глаза легко увлекающегося Шелти горели. — Я напишу об этом трактат! Имперский Ученый Совет признает меня доктором праймологии, не задумываясь!

— Либо ты умрешь, — прямодушно брякнул Буджум. — Возможно даже, умрешь конечной смертью, без возможности каталитического возрождения…

— Пусть я умру! Но память обо мне будет жить до скончания времен! Ведь так, хозяин? — с самым очаровательным выражением лица Шелти повернулся к Рутгеру. — Вы сообщите о моем подвиге в Академию Наук, а также всем, кого это касается?

— Уж будь покоен — если, конечно, сам выберусь, соберу всех, кого это касается в гостиной, угощу всех пуншем, и поведаю все по порядочку…

— Спасибо вам, хозяин! — не приметив в словах Рутгера иронии, воскликнул Шелти.

— В общем, ты всегда можешь рассчитывать на меня… Ну а теперь остается понять как перенести “жидкое время” от лужи до Предиктора. Нам ведь не нужно, чтобы ты прожил эти дни где-то в стороне от предсказательной машины! Нам требуется, чтобы все это время занимался Предиктором и только им!

К счастью, вопрос решился при помощи Буджума. Жидкое время постановили зачерпнуть в его шлем, а для транспортировки использовать его же летающий меч. Благо, прайма из убитой сороконожки-гиганта Буджум насосался вдосталь и все его магические устройства работали теперь превосходно.

Дальнейшие операции прошли без сучка, без задоринки — так, будто Рутгер и его герои возились с “жидким временем” каждый день.

Посерьезневший Шелти, заранее разложив все свои многочисленные инструменты на постаменте Предиктора и взяв у Буджума половину его прайма (мало ли что? запас не помешает!), встал вплотную к рычагам управления предсказательной машиной.

Меч Буджума, к которому на подбородочном ремешке был подвешен шлем молниевержца, наполненный “жидким временем”, взлетел к каменному потолку и завис точно над макушкой Шелти.

— Что-нибудь скажешь на прощание? — спросил Рутгер.

— Я не прощаюсь. До скорой встречи через полмесяца! Давай, Буджум!

— Даю…

Меч сделал пируэт в воздухе, выливая содержимое шлема на голову изготовившемуся к трансмутациям Шелти.

Все пространство вокруг изобретателя и Предиктора в радиусе пяти метров наполнилось непроглядным желто-зеленым туманом.

Потом туман перераспределился в объеме от центра к краям и уплотнился настолько, что превратился в некое подобие кокона, сотканного из стеклянных нитей.

Рутгер хотел было посмотреть на этот аномальный процесс при помощи очков Иманда, но передумал.

“Да ну его! Еще увижу что-нибудь такое, от чего потом целый год будут кошмары сниться! Меньше знаешь — крепче спишь!”

Следующие две минуты Рутгер с Буджумом простояли молча.

Говорить не хотелось. Вдобавок, приходилось чутко прислушиваться: не лезет ли из неприметного лаза какая-нибудь новая напасть? Не зовут ли на помощь Фрида с Людвигом, оставшиеся наверху? Как идет работа над веревочной лестницей из распущенного на ленты шатра?

Но везде царила тишина.

Для кого-то настороженная, для кого-то — успокаивающая.

Ровно через две минуты Рутгер с Буджумом, как было уговорено, проткнули белый кокон.

“Жидкое время” вдруг превратилось в некое подобие едкого пара и… рассеялось без следа.

Перед ними, словно аллегория самоотверженности, стоял красавчик Шелти. Он был изможден, перемазан с ног до головы какой-то дрянью — то ли копотью, то ли дегтем, а волосы его были слегка всклокочены.

Но при этом Шелти… преспокойно брился опасной бритвой, глядя в карманное зеркальце и насвистывая что-то крайне беззаботное!

Левая, уже выбритая щека, была исполосована линиями мыльной пены и украшена двумя свежими порезами.

По правой, заросшей миловидной русой бородкой, сейчас как раз гуляла бритва.

— Прошу меня простить. Не успел подготовиться к встрече… — сухо сказал изобретатель.

Не говоря ни слова, Рутгер подошел к нему и крепко, по-отечески, обнял.

Как рад он был! Как счастлив видеть героя целым и невредимым! Как горд, что его план сработал!

— Ну ты заставил нас поволноваться, дружище! — воскликнул Буджум и, дождавшись, когда Рутгер отойдет в сторону, едва не задушил кудесника Шелти в медвежьих объятиях.

— Неужели… — пробормотал Рутгер, рассматривая блестящую поверхность Предиктора. — Неужели ты всё исправил?

— Совершенно верно! — скромняга Шелти просиял, как бриллиантовое колье на высокой груди императрицы Паулины. — Я выбросил кое-какие узлы, склеил разбитые детали и кое-как спаял оторванное… Теперь предсказательной машине вновь можно задавать вопросы!