В моих венах запульсировало желание, и огненная потребность охватила все мое существо. Я сделала быстрый глоток кофе, но это не ослабило зародившейся во мне страсти.

— Для поддержания беседы требуются двое.

— Я всегда считал, что болтовню переоценивают.

— А я всегда считала несколько несправедливым, когда один одет, а другой раздет.

Келлен усмехнулся и, сделав шаг назад, начал не спеша раздеваться. Я потягивала свой кофе и наслаждалась зрелищем. Прекраснымзрелищем. Мужичина знал, как устроить достойный стриптиз. Раздевшись, он встал между моих ног, смахнул с моего левого плеча волосы и слегка поцеловал его.

— Я предпочитаю твой естественный цвет волос, — пробормотал он, опаляя дыханием мою кожу. — Он гораздо красивее.

— И все же ты узнал меня, несмотря на изменения, — утвердительно сказала я хриплым голосом. — Как тебе это удалось?

— Альфа всегда узнает свою избранницу.

От его слов мое сердце бешено забилось. Я едва знала этого волка, но вот он стоит предо мной и объявляет о своем намерение сделать меня своей. Это было так захватывающе, эротично, и… немного пугающе.

— Я не твоя половинка.

— Нет, но ты ей будешь. — Его губы пришли на смену дыхания на моем плече; медленно и томно он проложил цепочку поцелуев вдоль шеи к уху. Когда обжигающая сладость его языка проникла сквозь кожу и разлилась по телу теплой волной, с моих губ сорвался беспомощный стон.

Он тихо засмеялся — гортанный, соблазнительный звук, такой же возбуждающий, как его прикосновения. Прочертив пальцами дорожки от бедер к груди, он начал легонько дразнить и пощипывать мои напряженные соски.Изогнувшись, я поставила кофе на стол и позабыла о нем. Каждый дюйм моего тела трепетал от сильного желания, струящегося по венам.

Когда я больше не могла этого вынести, я обвила руками его шею и вплотную притянула к себе, так чтобы моя грудь прижималась к его. Биение его сердца было таким же бешенным, как и у меня. Опаляющий жар его желания обжигал мою кожу, вызывая испарину. И желание большего.

Медленно, едва дотрагиваясь, Келлен провел губами по моим губам — волнительное обещание того , что нам предстоит. После этого он протянул руку ко мне за спину и подал мне кружку:

— Ваш кофе, мадам.

Я улыбнулась и взяла ее.

— И чем ты будешь заниматься, пока я пью кофе?

— О-о, разным.

Его пальцы скользнули в мои влажные глубины. Я застонала, отставила кружку и по шире развела ноги, облегчая ему доступ. Лаская и дразня, Келлен слишком быстро довел меня до грани, но не дал долгожданного освобождения. Прекратив ласки, он начал глубоко и страстно целовать меня, пока угрожающие толчки не утихли. Затем он опять предложил мне кофе, и все началось заново.

К тому времени, когда я допила кофе, оно остыло, а я — пылала. Мое сердце стучало так громко, что его стук, казалось, наполняет тишину; каждая клеточка моего существа дрожала мелкой дрожью.

Келлен скользнул рукой по внутренней стороне моего бедра и вновь начал возбуждать меня пальцами. Вздрогнув, я подалась вперед, к его пальцам, в полной уверенности, что взорвусь, если он не закончит начатое.

— Прекрати дразнить, — простонала я, когда он сделал это во второй раз.

Келлен засмеялся и, притянув меня свободной рукойза шею, яростно поцеловал. В этот момент он прижал пальцы к сути моего естества и, лаская, начал погружать их внутрь, пока не проскользнул в мои шелковистые глубины. Прижав большой палец к клитору, он начал поглаживать меня внутри и снаружи. Я вздрагивала и извивалась под сладостью нарастающего напряжения, пока мне не стало казаться, что я распадаюсь на части от первозданного удовольствия.

А затем все взорвалось; изогнувшись дугой, я содрогалась и стонала. Не дожидаясь, когда утихнет дрожь, Келлен притянул меня к себе, крепко держа за ягодицы. Он вошел в меня резко и жестко, и это было так приятно, что я застонала.

Он начал двигаться во мне и думать стало невозможно. Все, что я могла делать, это двигаться вместе с ним, смакуя и наслаждаясь ощущениями, бурлящими внутри меня. Все его первоначальное самообладание бесследно исчезло, на его место пришла неудержимая страсть и потребность. Толчки Келлена становились все жестче, мое тело сотрясалось под их натиском; его пальцы оставляли синяки на моих бедрах, когда он притягивал меня поближе к себе. Но меня это не беспокоило. Удовольствие все нарастало и нарастало, и быстро достигло критической точки.

Мы достигли оргазма одновременно, его рычание эхом разнеслось в тишине, а плоть с такой силой погрузилась в меня, что зашатался стол.

Когда ко мне вернулась способность дышать, я обхватила его лицо ладонями и приникла к нему в поцелуе, медленном и продолжительном.

— По-моему, нам обоим это требовалось.

На его губах появилась улыбка человека хорошо справившегося со своим заданием.

— Да. Хотя я должен признать, что на мой вкус, все произошло немного слишком быстро.