— Пусть ее мудрость направляет тебя, Эсккар, — сказал Месилим, переводя разговор на тему, которую требовалось обсудить. — Тебе потребуется ее помощь в предстоящем сражении. А теперь давайте поговорим об оружии.

Какое-то время они обсуждали оружие и дела на предстоящие несколько дней. Они почти закончили, когда от группы женщин донесся смех, и все головы снова повернулись к ним.

Трелла встала, держа за руки нескольких женщин племени. Все они хотели ее коснуться. Когда они наконец отпустили ее, Трелла поклонилась им и направилась к вождям, пройдя мимо большинства воинов. Казалось, они больше обращают внимания на нее, чем на своих вождей. Месилим и Субутай снова поднялись на ноги, как и Эсккар с помощниками мгновение спустя.

Трелла встала между Месилимом и его сыном. Оба оказались очень близко к ней.

— Эсккар, некоторые дети очень ослаблены и не могут путешествовать. Я предложила оставить их здесь до окончания сражения. — Она посмотрела на Месилима. — Если, конечно, нам это разрешит глава клана Месилим.

— Это предложили мои женщины? — удивленно спросил Месилим, как только Эсккар закончил перевод.

Эсккар был удивлен не меньше Месилима. Он никогда не слышал о подобном. Оставить детей у незнакомцев, да еще — по традиции — врагов?

— Трелла, здесь тоже опасно. Они могут не понимать, о чем просят.

Прежде чем Трелла успела ответить, к группе приблизилась одна из женщин. Правда, она замедлила шаг и обратилась за разрешением. Субутай жестом пригласил ее подойти. Женщина тихо, но быстро заговорила с Субутаем, и Эсккар не все понимал, настолько быстро вылетали слова. Говорила она долго, а когда закончила, не ушла, хотя так требовали традиции.

Субутай повернулся к Эсккару.

— Все так, как сказала достопочтенная Трелла. Моя женщина хочет оставить здесь пятерых младших. Они определенно умрут, если нам снова предстоит серьезное путешествие. Среди них моя дочь. — Субутай посмотрел на отца. — Мы должны это обсудить.

Месилим кивнул в задумчивости, затем повернулся к Трелле:

— Мы обсудим твое предложение. Но мы благодарны тебе за него.

— В таком случае я оставляю вас, мужчины. Вам нужно еще многое обсудить.

Она коснулась руки Эсккара и пожелала ему спокойной ночи. Когда она собралась уходить, один из членов племени что-то крикнул Месилиму, затем добавил несколько предложений. Услышав свое имя, Трелла остановилась и ждала.

Эсккар слышал слова воина, но они для него не имели смысла. Он что-то говорил о “касании одаренной”.

Месилим повернулся к Эсккару.

— Мои воины просят большого одолжения, хотя вы и так для нас уже столько сделали… Но если ты разрешишь, они хотели бы коснуться Треллы, чтобы это придало им сил и обеспечило благословение богов.

Месилиму было неловко обращаться с такой просьбой, но он все равно просил того, что хотели воины.

Трелла встала рядом с Эсккаром и вопросительно посмотрела на него.

— Они хотят тебя коснуться, на удачу или что-то в этом роде, — пояснил он. Это может быть обычай, о котором я не помню. Или я просто никогда этого не видел раньше. Похоже, Месилима это смущает, но он считает это хорошей мыслью.

— Что мне делать? Как мне их касаться?

Эсккар думал мгновение.

— Касайся каждого мужчину в верхней части правой руки, чтобы придать ему силы в битве.

Трелла вручила пустую корзину Аннок-сур, которая, как и всегда, оказалась рядом, и приблизилась к Месилиму. Она вытянула руку, но коснулась не руки, а приложила ладонь к его лбу.

— Пусть у тебя будет мудрость, чтобы вести своих людей в предстоящем сражении, — сказала она и после этого коснулась его правой руки, как сказал Эсккар. Затем она повернулась к Субутаю и приложила руку к его лбу. — Пусть у тебя будет мудрость вести своих людей в предстоящие дни, когда многое изменится и всем придется пройти через испытания.

К тому времени, как она закончила с вождями, за Субутаем уже выстроилась очередь. Некоторые мужчины толкались, чтобы занять места впереди. Трелла пошла вдоль ряда, касаясь правой руки каждого мужчины, чтобы придать им сил в предстоящей схватке. Фашод следовал за ней и переводил ее слова.

Женщины встали в конец очереди, и Трелла пожала руку каждой из них. Закончив, она забрала корзину и ушла, не произнеся больше ни слова. Охранники и женщины последовали за ней.

Члены клана молча стояли и наблюдали, пока она не вошла в ворота и не скрылась из виду. После этого Эсккар повернулся к Месилиму.

— Отдыхай сегодня, Месилим. Мои люди закроют ворота, чтобы тут не ходили любопытные, и будут нести дозор со стен. Я не думаю, что кто-то к вам здесь подойдет, но, если хотите, выставляйте дозорных. Никто из жителей деревни сегодня ночью не покинет стен. Завтра я вернусь, и мы продолжим разговор.

Когда они оказались вне пределов слышимости, заговорил Джален.

— Это было самое странное зрелище, которое я когда-либо видел. Они смотрели и действовали так, словно Трелла — богиня.