Эстер осторожно повернулась и не спеша направилась к кушетке.

— Должно быть, вы сразу же отправились обратно, как только прибыли.

— А что еще мне было делать, когда я получила твое письмо?

— Пожелать мне счастья и продолжать радоваться жизни.

Джессика принялась стягивать перчатки.

— А я успела и то и другое, и вот я здесь.

— Я чувствую себя прекрасно, — сказала Эстер. — Эта ужасная утренняя тошнота, слава Богу, прошла. По большей части чувствую себя утомленной, но доктор говорит, что это обычное дело. Садитесь, мистер Колфилд. Мы с вами не виделись целую вечность.

— Благодарю вас, но я не могу остаться. Некоторое время меня не было в Англии, и у меня накопилось много дел.

— Разумеется, — ответила Эстер, и улыбка ее поблекла. — Позор мне за то, что я вас задерживаю. Я благодарна вам, потому что вы привезли ко мне сестру. Скоро ли вы увидитесь с лордом Тарли?

— Несомненно, скоро.

— Хорошо. Пожалуйста, передайте ему мои наилучшие пожелания, а вам я уже высказала свою благодарность.

Джессика положила перчатки на диван, обитый цветастой тканью.

— Мне хотелось бы побыть с тобой. Я по тебе соскучилась.

— Ты обо мне беспокоишься, — возразила Эстер. — Но тебе не стоит волноваться.

— Мои причины совершенно другие и эгоистичные, — сказала Джессика мягко. — Кто поможет мне подготовиться к свадьбе и организовать ее, если не ты?

Эстер изумленно заморгала:

— Прошу прощения? Ты сказала «к свадьбе»?

— Верно.

Джессика улыбнулась и повернулась к Алистеру.

Алистер не мог отвести глаза, когда она смотрела прямо на него. Ее лицо было таким выразительным, а свою любовь она дарила щедро, охотно и свободно. Его горло сжала судорога.

— Ты выходишь за Алистера Колфилда? — воскликнула Эстер.

Он внутренне вздрогнул и съежился от ее многозначительного тона, но Эстер тотчас же встала и бросилась обнимать его.

— Я же говорила тебе, — сказала Джессика Алистеру одними губами.

Глаза ее повлажнели.

Напряжение Алистера оставило его, и он обнял Эстер в ответ и почувствовал ее ужасающую худобу — она была кожа да кости.

Выйдя из дома Регмонта, Алистер направился прямо в джентльменский клуб Ремингтона. Ему было необходимо выпить, и, возможно, не один стаканчик.

Было очень тяжело расставаться с Джессикой. В Лондоне все было против них — здесь, как он предвидел, окажется множество людей, которые попытаются вбить клин между ним и Джессикой. Когда они были вместе, у него появлялась надежда на то, что они как-нибудь справятся. Когда же расставались, его начинала грызть тоска по ней, и он представлял себе самое худшее.

Алистер вошел в двустворчатые двери, миновал зал с игорными столами и оказался в огромной комнате позади нее. Он оглянулся в поисках свободного места и обнаружил его в дальнем углу. К сожалению, его брата Альберта здесь не было. Алистер считал, что чем скорее он оповестит родных о своей помолвке, тем скорее предпримет необходимые шаги, чтобы лишить общество иллюзий и надежд на свой счет. Как только Джессика станет его женой, общество с его навязчивой моралью и назиданиями сможет отправляться к черту.

Проходя через комнату, он заметил многочисленные взгляды, устремленные на него. Он сдержанно кланялся людям, с которыми имел деловые отношения, остальных же игнорировал. Подойдя к барной стойке, заказал виски и попросил перо, чернильницу и бумагу. Сначала проверили его право на членство в клубе, напомнив ему, как долго он здесь не был, и сколько времени прошло с тех пор, как появлялся в лондонском обществе. Он двинулся дальше, чтобы сесть в спокойном месте, которое присмотрел раньше, и опустился в широкое кожаное кресло.

— Проклятие, — пробормотал он, поднося стакан к губам.

Алистер чувствовал на себе многочисленные взгляды, но не мог понять интереса к своей персоне. Он даже оглядел свою одежду, заподозрив, будто с ней что-то не так, и это привлекло к нему нежелательное внимание.

Не обнаружив серьезной причины такого любопытства к себе, Алистер обвел вызывающим взглядом зал, будто предлагал любопытным подойти к нему вместо того, чтобы тайком его оглядывать. К его удивлению, некоторые джентльмены заулыбались и замахали ему, как старые друзья. Его оставили недоверчивость и подозрительность, сменившись все возрастающим смущением. Когда в комнате появилась знакомая высокая темная фигура, Алистер с облегчением встал с места.

Майкл нашел его взглядом. Широко и удивленно раскрыв глаза, он преодолел разделявшее их расстояние поспешными шагами и заключил Алистера в яростные объятия.

— Не сошел ли мир с ума? — сдавленно пробормотал Алистер, держа в стороне свой стакан из опасения пролить скотч на спину друга.

— Как ты? — спросил Майкл, пытливо вглядываясь в лицо Алистера, потом перевел взгляд на бармена.

— Жив и дрыгаю лапками.

— Да, это хорошо, и, должно быть, тому есть причина. Не так ли?