Шрифт:
ДЕМИ: Средним. Там, кажется, пребывает твоя душа?
РОУГ: В жизни не встречал таких бредовых и наглых девиц.
ДЕМИ: Если желаете знать, сэр, мне приходилось выслушивать оскорбления от людей и получше вас.
РОУГ: Это от кого же?
ДЕМИ: От тех, кому я отказывала в их гнусных намерениях.
РОУГ: Остается только лапки вверх.
— Удивительно! Теперь изложение идет очень близко к тому, что было на самом деле. По-видимому, эта часть Деми нравится. Интересно, что она нашла тут такого?
ДЕМИ: Вот уж последнее, чего я от тебя ожидала.
РОУГ: Что последнее?
ДЕМИ: Что ты окажешься таким стеснительным.
РОУГ: Я? Стеснительный?
ДЕМИ: Да, и мне это очень нравится. Глазами уже все ощупал, а в остальном — никаких поползновений.
РОУГ: С негодованием отрицаю.
ДЕМИ: Ты знаком с любовными стихами Джона Донна? [70] РОУГ: Боюсь, что нет. Наверное завалил их, благодаря излишествам в употреблении чего-то там.
70
Джон Донн (1572–1631) — английский поэт. Использованы фрагменты из его стихотворения «На раздевание возлюбленной». Но а) стихотворение от имени мужчины, соответственно в нем не «одной собою», а «одним собою»; б) последние две с половиной строчки (со слова «Фея» и дальше) — собственное сочинение Деми.
ДЕМИ: Все виргинские девушки читают эти стихи и вздыхают. Сейчас я разыграю тебе одно из них.
РОУГ: Давай, ничего страшного.
ДЕМИ: «Моим рукам-скитальцам дай патент обследовать весь этот континент».
РОУГ: А теперь мне становится страшно.
ДЕМИ: «Тебя я, как Америку открою, смирю и заселю одной собою, о мой трофей, награда из наград…»
РОУГ: Деми, не надо. Пожалуйста.
ДЕМИ: «Явись же в наготе моим очам: как душам — бремя тел, так и телам необходимо сбросить груз одежды, дабы вкусить блаженство».
РОУГ: Прошу тебя…
ДЕМИ: «Фея прежде тебя разденется, желанья не тая, зачем же ты одет, когда раздета я?»
РОУГ: Деми!
ДЕМИ: Давай, Роуг…
— Матерь Божья! Она что, и свою собственную версию постельной сцены записала?
Записала, записала, не сомневайся. Он казался мне сотней мужчин с сотнями рук и ртов. Он был негром с огромным, душившим меня языком, с мощными долгими движениями, которые сотрясали меня насквозь.
Он наполнял мои уши жадным, ненасытным воркованием — и в то же время его рты извлекали арпеджио из моей кожи, обследуя весь этот континент. Он диким, из какого-то иного мира монстром, гортанно вопившим, по-зверски мною овладевая, извлекал из самой моей утробы экстатические стенания. Он был жестким и нежным, требовательным и диким, и все время — мужчиной, мужчиной, мужчиной. Мое лоно содрогалось от его бесконечных, вулканических спазмов.
И все время мы словно вели легкую блестящую беседу за икрой и шампанским — в качестве эротической прелюдии, чтобы возлечь потом перед зажженным камином и впервые предаться любви. И после первого поцелуя он надел на средний палец моей левой руки колечко из розового золота с гравировкой в виде виргинского цветка.
Уинтера словно подбросило.
— Потухни, — крикнул он своему второму «я».
Все экраны померкли. Роуг тяжело перевел дыхание. Вообще-то, команду нужно было отдавать мысленно, но теперь он знал, что компьютер самовольничает, и не только знал, но и начинал догадываться — почему.
— Деми неоткуда знать про это кольцо, — произнес он медленно. — Когда я его покупал, она уже смылась от джинковых боевиков. Она его никогда не видела. Она никогда о нем не слышала. Если только… Если только…
Уинтер начал ходить по комнате.
— Как там говорил величайший синэргист, которому я и в подметки не гожусь? «Элементарно, Ватсон». И это действительно элементарно. А я — полный идиот. Мало удивительного, что джинковые гориллы не могут до нес добраться.
— Запрограммируй задачу АРВ Деми Жеру Печать Абсолютный Адрес, — сказал он громко, а затем сел и начал ждать.
Роуг не знал, чего в точности он ждет, будет это городской адрес, радиочастота из диапазона общественного пользования, изображение дома, конторы, вокзала, аэропорта или еще какое указание места в городе, на спутнике, планете, в реке, озере, океане. Было очевидно одно — его собственный компьютер знает, где находится Деми. «Абсолютный адрес» обозначает в компьютерных кругах точное указание места хранения указанной переменной, безо всяких околичностей и предложений «обследовать весь этот континент». Он никак не ожидал увидеть то, что появилось на вдруг осветившихся экранах: