На следующий день

— Милая, тебе пора, — услышала Лина голос мужа сквозь сон и почувствовала его нежные и сильные руки, на талии.

— Ой, забыла тебе сказать, я решила ехать через два часа после рассвета, — сонно прошептала она и уткнулась носом в широкую грудь.

— Плохо, что забыла, — строго сказал Максимилиан. — Все тебя уже ждут. Так что вставай.

— Левк приедет только через два часа… и до этого времени я из постели не вылезу, — произнесла Лина, прижимаясь к мужу ещё сильней, но тот совершенно неожиданно вырвался из её объятий, встал и пошёл одеваться.

— Как хочешь, — холодно произнёс он.

Лина недовольно сжала губы, продолжать лежать в кровати без любимого мужа, желания не было.

— Ты где была вчера вечером?

— Ездила с сыном Левка знакомиться… Максимилиан, я не знала, что в Афинах есть такие трущобы. Ты говорил, что Афины богатый город и до вчерашнего дня я думала, что это действительно так, но на окраинах очень много нищих.

— Лина, в любом городе есть нищие, больные и голодающие. Надеюсь, ты туда не одна ездила?

— Нет, с Левком, — ответила она, вставая с кровати.

— Он там живёт? — тут же спросил Максимилиан и посмотрел на жену, как будто та в чём-то провинилась.

— Нет, живёт он в казарме, раньше жил, по крайней мере, но… знаешь, мне кажется, нам не стоит обсуждать личные проблемы Левка. Пусть он сам разбирается, — поспешила сказать Лина, видя, как меняется настроение мужа.

Он явно был недоволен тем, что сын его генерала был бедным и жил в трущобах.

— Лина, то, что Орион живёт в нищете это недопустимо, и это не его личные проблемы, как ты выразилась, — холодно произнёс Максимилиан, провожая жену взглядом до небольшой комнаты, примыкающей к спальне, из которой она сделала гардеробную.

— Максим, ну Левк же твой генерал совсем недавно, дай ему возможность самому разобраться в этой проблеме. И потом быть бедным это не преступление, — сказала она и выглянула из-за угла.

Максимилиан стоял с крайне недовольным видом, и молча что-то обдумывал.

— Орион сегодня приедет познакомиться с Деметрием. Он очень хороший мальчик.

— Хорошо, — ответил Максимилиан и вышел из комнаты, и по его тону сказать что-либо конкретное не представлялось возможным.

Лина глубоко вздохнула, очень надеясь, что он ничего плохого не сделает. Быстро одевшись в ещё вчера приготовленный дорожный костюм, состоящий из красной туники, красных просторных штанов и белой, почти прозрачной юбки сверху, накинула на плечи красный плащ и вышла вслед за мужем.

На улице кроме небольшого отряда, собравшегося сопровождать жену царя в пути, не было никого, в том числе и самого царя, который так рьяно поторапливал. Ну и ладно, подумала Лина и, развернувшись обратно во дворец, пошла к комнатам Алкмены. И как только она приблизилась к спальне, едва не ударив по лбу, открылась дверь, и на пороге появился Валерий.

Ну слава богу. Вваливаться в спальню, в которой спала бы супружеская чета, ей совсем не хотелось.

— А ты что тут делаешь? — тут же спросил македонец и недоверчиво нахмурил брови. Отвечать, что вообще-то она живёт в этом дворце и иногда ходит по нему, Лина не стала, а только улыбнулась македонскому полководцу.

— Хотела с Алкменой попрощаться. Я скоро уезжаю, и не хотела, что бы она вставала из-за этого. Можно?

— Конечно, но она уже проснулась и собралась идти к тебе, — благожелательно кивнул он.

Лина благодарно улыбнулась мужчине и зашла в комнату принцессы.

— Ой, Лина, ты сама ко мне пришла? — воскликнула Алкмена.

Она была невероятно милой, — сонная, с растрёпанными чёрными волосами и казалось очень маленькой на необъятной кровати.

— Да. Я ненадолго, ложись обратно, время ещё раннее.

— Спасибо. А то спать и правда очень хочется, — согласилась девушка, натягивая на себя одеяло.

Лина подошла к подруге и крепко обняла её. Липкий слезливый комок опять начал подступать к горлу, но она поспешила придушить его, чтобы не расплакаться. Слабая психика беременной девушки была без того растревожена, и совсем не хотелось, чтобы после её отъезда подруга вспоминала лишь слёзы.

— Как ты себя чувствуешь? Малыши толкаются?

— Ох, ещё как, — засмеялась Алкмена. — Мне иногда кажется, что они соревнуются между собой, кто сильней меня толкнёт.