— Нет, ни на мгновение, — с готовностью ответил Тирсей.

— Молодец. Будь сильным, — Лина улыбнулась ему и погладила по плечу. — А у меня для тебя новость.

Тирсей насторожился.

— Зоя замуж вышла, — заявила Лина, наслаждаясь реакцией молодого мужчины. — За Тиграна, — добавила она, и тот открыл рот от удивления, глотая воздух.

— За кого?

— За Тиграна. Ты знаешь его, это генерал Максимилиана.

— Не может быть, — тихо прошептал он.

— Да, это странно, но действительно так, — усмехнулась она. — Полгода назад они сыграли свадьбу. Я передам ей твои поздравления.

— Спасибо госпожа, — нерешительно ответил молодой мужчина.

— Ладно, иди. На обед сегодня очень вкусная каша.

Тирсей низко поклонился и быстро ушёл в сторону полевой кухни.

— Так это правда? Что Тигран женился? — тут же спросил Гелен.

— Да, и на самой простой девушке, дочери пекаря, — заулыбалась Лина. — Здорово да?

— Говорят, что она не слишком… красивая?

— Ну о вкусах не спорят, но мне нравится. Очень милая девушка, только язык длинный.

— Кто бы говорил, — засмеялся Левк.

— Мне можно, — заявила Лина и повернулась к инструктору, который слушал их, выпучив глаза. — Как занимается Тирсей?

— Он очень старается, из него вырастит сильный воин, — с готовностью кивнул мужчина.

— Хорошо. Ой, проследите, пожалуйста, чтобы его не наказали за опоздание. Я же его задержала.

— Конечно, — ответил он и тут же убежал.

По всей видимости, возможность наказания была весьма реальной.

— Ну что, пошлите дальше? — улыбнулась Лина мужчинам и взяла под локоть Левка.

Ей не терпелось всё тут осмотреть и потрогать.

Весь день Лина ходила по лагерю в сопровождении Левка и Гелена. Осматривала инвентарь, чучела и снаряды для занятий, наблюдала за тренировками и порой сама опробовала те или иные испытания, чем смущала всех окружающих неимоверно.

И когда солнце уже начало садиться, мужчины с облегчением вздохнули, услышав от Лины — "на сегодня всё, пошли есть кашу".

— Левк, распорядись, чтобы наши палатки поставили.

— Госпожа… простите, Лина, вы можете остановиться в штабе, там вам будет комфортнее, — поспешил сказать Гелен.

— Нет, не хочу. Меня наша палатка устроит. А в штабе за ужином я бы хотела обсудить проблему с тем солдатом, если конечно вы не против, что я буду присутствовать на нём, — улыбнулась Лина, хорошо помня, что теоретически ей, как женщине, не положено было присутствовать на мужских собраниях, в том числе и ужине. Только если этот мужчина не её муж, разумеется.

— Конечно не против, — тут же сказал Гелен. — Я сейчас распоряжусь обо всём.

— А виноград есть? — спросила Лина.

— Я найду.

Через час Левк и Гелен уже сидели в шатре и ждали жену царя, которая зачем-то захотела переодеться. Стол был уже накрыт, но начинать без девушки никто не решался.

— А каша где? — вдруг спросил Левк.

— Так она не шутила что ли?

— Может и шутила конечно, но наверняка спросит, — ухмыльнулся Левк, смотря на мужчину, который не находил себе места от волнения. — Не переживай, Лина иногда бывает слишком резкой, но она хорошая женщина.

— Хорошая… — задумчиво потянул Гелен. — Я никогда не видел её раньше. Она действительно удивительная. И эта полоса препятствий… Лина с такой лёгкостью её прошла, да и другие испытания совсем не вызывали у неё трудностей, даже бревно подняла. Она же сильный воин, да?

— Нам с тобой её не одолеть, — согласился Левк, зная, о чём думал этот мужчина.

Конечно, Лина не выглядела серьёзным противником, и казалась нежной девушкой. Маленькая, с большими голубыми глазами, но через некоторое время начинаешь замечать, что её плечи и руки были хорошо развиты, тело подтянуто, а рефлексы как у очень хорошего солдата. Всё в ней говорило, что она не так проста, какой кажется.

— Говори за себя, — тут же ответил Гелен. — В Спарте мало кто может сражаться со мной на равных.

— Что обсуждаете? — раздался голос Лины за спиной. Она подлетела к столу как ветерок, свежа и прекрасна, как будто не было утомительной дороги и ещё более утомительного осмотра спартанского лагеря.

— Тебя, — ответил Левк и заулыбался, увидев недовольный взгляд Гелена.

Он всем своим видом показывал, что молодому генералу стоило помолчать.