"Лина не такая каменная, какой кажется на первый взгляд, конечно она очень сильная, но как и простой человек часто боится. Что она ненавидит это всё, что устала убивать и постоянно держать в себе страх, устала, но умеет контролировать себя".

И сейчас эта женщина лежала под его рукой, и он чувствовал, как она дрожала всем телом, как дышала через раз, словно пугаясь звуков своего дыхания… о боги, это было ужасно.

— Шшш, всё хорошо, — тихо прошептал Левк, нежно гладя её по плечу и замечая, что она начала немного успокаиваться и сильнее прижалась к нему.

Он тихонько поглаживал её, едва слышно говорил какие-то ничего незначащие слова, пока не услышал, что дыхание девушки стало ровным и глубоким.

— Максим, не уходи, — чуть слышно прошептала она, когда Левк поднялся, чтобы перелечь на постеленную рядом дорожную накидку.

— Я рядом, — ответил он, немного ошарашено.

— Я люблю тебя.

Лина прижалась щекой к обнимающей её руке и уснула ещё крепче.

На следующий день

— Левк! — зашипела Лина, отталкивая от себя сонного мужчину, которого, едва открыв глаза, обнаружила рядом с собой в постели. — Ты с ума сошёл?

— Чего?

— Ты что тут делаешь? — спросила она, и замолчала, вспоминая, что вчера была немного не в духе и сама напросилась к нему в палатку. Но одно дело спать в одном шатре, и совсем другое обниматься. А он уж очень откровенно прижимал её к себе.

— Верней, что ты делаешь в моей постели? — поправилась Лина.

— Это моя постель и ты сама не желала меня отпускать. Так что я жертва, — заявил Левк, немного придя в себя от резкого и грубого пробуждения.

Лина нахмурилась, пытаясь восстановить в памяти события вчерашнего вечера, но всё помнилось лишь какими-то бессвязными отрывками.

— Надеюсь, я не приставала к тебе ночью? — осторожно спросила она.

— Приставала, но я выстоял, — широко улыбнулся Левк, наслаждаясь смущением Лины.

Её щёки раскраснелись, а личико стало невероятно милым.

— Я серьёзно.

— Только в любви признавалась и обнималась, ничего плохого, в общем.

— Какой кошмар… Левк прости… — произнесла Лина, сгорая от стыда.

— Не переживай, всё нормально, тебе хитон принести?

— Да… — тихо ответила она и закрыла лицо ладонями.

Левк кивнул, вышел из палатки, и через минуту пришёл уже с платьем и плащом.

— Отвернись, — смущённо произнесла Лина, забирая свою одежду из рук мужчины.

— Я пойду Гелена отведу подальше, а то он рядом ходит. Наверно тебя ждёт.

— Спасибо, — сказала она, радуясь, что Левк не стал напоминать, что без одежды он её уже видел, и не раз.

Через двадцать минут Лина уже входила в штабную палатку и ничто не говорило о её недавнем плохом настроении. Она была свежа, весела, и очень благодарна молодому генералу, что он ни словом, ни делом не показывал своих мыслей.

— Доброе утро, — поздоровалась она с Левком и Геленом. — О кашка! Это для меня?

— Конечно, кроме тебя это никто добровольно есть не станет, — усмехнулся Левк. Он уже окончательно свыкся с ролью генерала и с удовольствием пользовался всеми привилегиями нового звания. В том числе хорошей едой и вином.

— Ой спасибо, — улыбнулась Лина, пододвигая к себе тарелку. — Когда планируется приезд делегации из Спарты?

— Чего? — непонимающе спросил Гелен.

— Когда приедут советники по военному обучению? — перевёл Левк, и девушка благодарно улыбнулась ему. Она не любила, когда её не понимали.

— На рассвете я послал солдата, но он пока не возвращался.

— Ну а вы сами как думаете, сколько времени потребуется? Здесь же не далеко ехать, если галопом, то меньше чем за час можно добраться.

— Да, но я не уверен, что они будут так спешить, — сказал Гелен и отвернулся, желая скрыть свою неуверенность. Он, конечно же, просил передать, что Лина хотела видеть их как можно быстрее, но она хотя и была женой царя, но всё-таки женщиной, а значит, её желание не имело значение.

— А вы к Хилону гонца отправили?

— Конечно, к кому же ещё?

— Ну вот смотрите, полдень у нас через два часа, и по моим расчётам он должен скоро появиться, если конечно не дурак. Ой, простите Гелен, — поспешила сказать Лина, увидев возмущённый взгляд управляющего лагерем, — я ничего дурного не имела в виду. Просто мы с Хилоном повздорили немного, и сейчас очень рассчитываю на то, что он одумается и поменяет своё отношение ко мне.