В 1993 г. осужден за мошенничество на три года лишения свободы, срок заключения отбывал в ИТУ 43/07 общего режима в Красноярском крае.

После освобождения вернулся в Москву. Является одним из организаторов и лидеров так называемой сабуровской организованной преступной группировки.

Общеобразовательный уровень крайне невысок.

Характер жестокий, склонен к лидерству.

Взаимоотношения с окружающими направлены на получение примитивных чувственных удовольствий. Не всегда осознает поведенческие мотивы других людей, поскольку ориентирован исключительно на себя.

Стиль действий характеризуется быстротой и энергичностью.

Приоритеты: достижение независимости и признания, упрочнение собственного положения.

Крайне самолюбив.

Тут же помещалась фотография Кактуса, анфас и в профиль, видимо, взятая из следственного дела.

На Рассказова щурилось злое мясистое лицо — не надо было быть большим специалистом в физиономистике, чтобы понять: досье давало исчерпывающую характеристику этому Фалалееву, по кличке Кактус.

Странно, как такой недалекий и примитивный человек мог выбиться в лидеры самой влиятельной преступной группировки России?

Впрочем, Аркадия Сергеевича это не интересовало. Поднявшись, он подошел к окну, отдернул штору — в комнату хлынул яркий солнечный свет. Рассказов сощурился, потер ладонью лоб. Он чувствовал себя предельно уставшим, но усталость была приятной.

Да, теперь Аркадий Сергеевич твердо знал, на кого ставить, — на Кактуса, Василия Александровича Фалалеева.

— Крайне самолюбив, — удовлетворенно прошептал Рассказов. — Склонен к лидерству… Ну что ж, надо попробовать. Посмотрим, насколько ты самолюбив, дружище Кактус.

Огромный представительский «Зил» — «членовоз», с трудом вписываясь в повороты, катил по пыльной ялтинской улице Кирова. Внизу шумела набережная, светилась иллюминация аттракционов, гремела музыка. Там, у синего, то бишь Черного, моря праздник жизни никогда не кончался. Над улицей Кирова проплывали разноцветные кабинки фуникулера с редкими пассажирами, и все это создавало впечатление чего-то ненастоящего, декоративного.

«Членовозом» управлял Красавчик–Стив, а Аркадий Сергеевич, сидевший рядом, от нечего делать рассматривал прохожих.

Ну, что у вас, шеф? — не оборачиваясь, поинтересовался его верный помощник.

Вроде бы нашел, что искал, — кивнул Рассказов. — Типичный уголовник с именем легендарного Чапаева — Вася. Отзывается на кличку Кактус. Примитивен, но самолюбив, жаден и жесток. Метит в лидеры. Скорее всего, более умные и опытные компаньоны не дают ему развернуться. Короче, то, что надо.

Как нам на него выйти?

Поедешь в Москву от моего имени. В смысле — от имени мистера Морозоффа, — сказан Аркадий Сергеевич и улыбнулся так, словно бы вспомнил о чем-то приятном.

Когда?

Думаю, на следующей неделе…

Бросив рассеянный взгляд на стоянку такси, Рассказов едва не вскрикнул от удивления. Рядом с обшарпанной «Волгой» стоял человек, показавшийся ему знакомым. Спортивная фигура, коротко стриженные светлые волосы, характерный поворот головы…

Рэкс! — вскрикнул Аркадий Сергеевич, и так внезапно, что Красавчик–Стив сразу же нажал на тормоз.

Где? Кто? — не понял он.

Давай, быстро, разворачивайся — и туда! — Рассказов кивнул в сторону стоянки.

Выполнить это приказание было не так-то легко: огромный «Зил» быстро развернуть не удалось, и за это время мужчина, в котором Аркадий Сергеевич вроде узнал своего заклятого врага, спокойно сел в машину, а та, свернув в ближайший переулок, скрылась из виду.

Не в силах совладать с волнением, Рассказов вышел из машины.

Неужели Савелий? — прошептал Аркадий Сергеевич, силясь воскресить в памяти мелькнувшее лицо. — Но что ему делать тут, в Ялте?

Вы не могли обознаться? — учтиво поинтересовался Красавчик–Стив. — Работаете много, не отдыхаете. Откуда тут ему взяться?

В самом деле, — засомневался Рассказов. — Савелий Говорков — тут? И как раз в то же самое время, что и я? Это было бы слишком неправдоподобно, более того, абсурдно: наверное, просто показалось.

Красавчик–Стив прекрасно знал все интонации шефа и понял: последняя фраза прозвучала для самоуспокоения. Он понял также, что Рассказов действительно напуган этим происшествием. Интересно было бы повидать этого Рэкса, о котором ему пришлось столько слышать.