От ладони по всему телу пронесся холодок и сконцентрировался в сердце. В мысли старуха не лезла, это он уже проходил и понимал прекрасно, но и земное имя угадала, и местное, сказала про «клетку». Но самое главное, отчего стало не по себе: почувствовал взгляд Френома. Не злой, не добрый, а просто любопытствующий, и этого хватило. Еле-еле сдержал в себе рефлекторную злость за имитацию казни. Она готова была сорваться и… одному богу известно, что случилось бы. Но, учитывая местную особенность, похоже, и они не в курсе.

В конце концов — наплевал! Ничего с тем Френомом не сделаешь, с собой быстро не разберешься, а значит, надо решать другие насущные проблемы. Их и без бога хватает. Планы не поменял ни на йоту. И теперь они неспешно двигались в сторону Кузнечного лога и уже слышали мелодичный перезвон молотов.

— Ого! Ты извини, друг Чик, но здесь я жить отказываюсь! Оглохнуть можно! — Андрей в итоге тоже наплевал на услышанное у прорицательницы. Характер такой, отсеивал все неприятности. Иначе не был бы веселым разгильдяем, заводилой дружеских попоек, за что и был любим всей ученической братией Текущих.

Царь царей, Владыка мира — списал на обычное льстивое преувеличение всех предсказателей, а про Клио… убедил себя, что ослышался или старуха чего-то напутала. О «разбитом сердце» и «суженой» не задумались оба. Обычный прорицательский треп для юношей и девиц разного возраста.

— Мне тоже не нравится, согласен, — вздохнул Чик, — найдем Леона, и если то был не пустой пьяный базар, то переселимся. — Он уже оценил, что почти сотня гект — сумма немаленькая. На скромную жизнь хватит.

— Как ты сказал? — хохотнул Андрей. — «Пьяный базар»? Здорово! И в точку. Надо не забыть, блесну перед друзьями.

— А ты записывай.

— А что, мысль! — и снова весело хохотнул.

Однорукого Леона нашли на исходе второй дневной четверти.

Пансион вдовы Галатеи располагался в глубине обширного ухоженного сада, в низине, которая удачно прикрывала от кузнечного шума. Вполне можно жить, друзья переменили решение. Если свободные комнаты есть. Орденская школа Текущих недалеко — через мостик над речкой Абой, в другую сторону — орден Хранящих, а цирк, увы, в другом конце города.

— Пришел, Рус Четвертый, — ворчливо произнес Леон. Он явно страдал с похмелья. — Я из-за тебя, между прочим, сегодня ни лепты не заработал.

— Доброго дня тебе, Леон, да хранят тебя боги! — поприветствовал его Чик. — Хозяйка вино не подает?

— За отдельную плату, — проворчал бывший гладиатор.

— Держи, — кинул драхму, — а то жалко на тебя смотреть.

Леон ловко поймал монету, но огрызнулся:

— А ты меня не жалей, о себе подумай, — и скрылся из комнаты.

Вполне приличная. Кровать, умывальник, небольшой шкаф, стол и стул. Стол использовался для внеурочного приема пищи, точнее, вина. Характерные пятна не оттирались.

Андрей тоже поздоровался с бывшим кумиром, но дальше молчал, пораженный пятнами на столе. Пьет кумир, и пьет немало.

Леон вернулся преобразившимся, вдобавок неся большой кувшин вина. Следом за ним в комнату вплыла дородная женщина с громадным подносом. На столе как по мановению волшебной палочки возникли: каравай хлеба, колбаски, нарезки, горка каши с зеленью и всевозможные фрукты. А какой аромат пошел! Женщина быстро и ловко расставила все, что принесла сама, и то, что внесла юркая девица. Та запомнилась только мелькнувшей голубой туникой. Вот где волшебство.

— Милости прошу, — произнесла женщина с поклоном, — гости дорогого Леона — мои гости. — С этими словами как испарилась.

Чик с Андреем, подняв брови, переглянулись. Такой сервис не мог не понравиться.

— Едим, — прервал их задумчивость бас Леона, — исключительно для утоления голода, потом ты показываешь мне, что умеешь, и лишь после доедаем.

— А где мечами махать?

— В саду отличная полянка. Прошу к столу! — И сам с нетерпением сел на стул.

Гости заняли два других. Когда их успели принести? Загадка.

— Никуда не годится! — Леон чуть не топал ногами. — Со зверьми, согласен, справишься, но тебя любой юнец уделает! Кто так двигается?

Полянка оказалась действительно удобной, размером как раз с учебную арену, полностью закрытая плодовыми кустами. Шкаф гладиатора буквально ломился от всевозможного холодного оружия. Качество оставляло желать лучшего, но, как говорится, на безрыбье и рак рыба. Чик выбрал привычный «лесной» меч и круглый щит. Однорукий Леон с полуторником разделал его под орех, и это несмотря на выпитое. На поляне он в очередной раз преобразился, и Андрей снова восторженно смотрел на его умелые действия.