Это сообщение не рассеяло озабоченности сестры Сетивы.

— Это очень хорошо, но вряд ли поможет нам отбить крыс.

Торан пожал испачканный рабочий коготь Кротоначальника:

— Отлично, друг. Теперь кроме земли тащите сюда ведра с водой, как можно больше.

Повар подмигнул Марте:

— Посмотрим, как они будут карабкаться по куче грязи.

Марта захлопала лапами:

— Гениальная идея, Торан! Через денек-другой эти разбойники пожалеют, что связались с нами.

Рага Бол вернулся к воротам, которые снова заперли Феррон и Роджин. Он вошел в сторожку в сопровождении Вирги. Плюхнувшись на кровать, капитан уставился в потолок и заговорил о своих планах:

— Как стемнеет, атакуем. Останешься здесь. Я дам тебе пару матросов. Зажжете свет, будете топать да хлопать, делать вид, что вас много. Я со всеми остальными неожиданно нападу на аббатство. Эти деревенские увальни и моргнуть не успеют, как мы окажемся внутри. Полы их кровью вымою!

Вирга отважилась открыть рот:

— Ворота останутся закрытыми, капитан? А что, если вернутся Глимбо и Муха с пленниками? Или мои три сына с Кливером?

Капитан искоса глянул на Виргу:

— Что, у них лап и глоток нет, что ли? Позовут да постучатся — откроете.

Вирга потупилась.

— Слишком долго их нет. Ты ведаешь, о капитан, жив ли большой барсук? — почти прошептала она.

Рага Бол понял, о ком беспокоится Вирга:

— Я им не нянька, твоим сосункам. А Кливер в няньке не нуждается. Они получили задание и должны выполнить и доложить. Полосатого еще раз помянешь — останешься без головы.

30

Встревоженный Хорти развел лапами:

— Куда они делись, во имя всех сезонов? Им же сказано же было же — ждать здесь, сидеть спокойно, во.

Брагун поднял лапу:

— Тихо. Замри на месте. Вообще не шевелись, не поднимай пыль. — Он пригнулся к земле и принялся обшаривать и обнюхивать поверхность. — Ага, вот их следы… и еще один. Собирай пожитки и следуй за мной!

Хорти принялся собирать плащи и оставленный багаж, а Брагун оставил и то, что у него было, и быстро устремился по следу.

— Во, во, ты чего? Что ты делаешь? — удивился Хорти. — Мы так долго тащили эту воду, а теперь…

— Речь идет о жизни и смерти. Старайся поспеть за мной.

И Брагун бросился вперед, насвистывая какую-то странную мелодию.

Хорти возмущенно задвигал ушами:

— Во, вопрос жизни и смерти, а он тут развлекается, песенки насвистывает! Хоть бы мелодию выбрал задорную…

Наконец Брагун увидел вдали три фигурки. Саро и Спринголд пятились, волоча Фенну, а за ними ползла гадюка. Заслышав свист, змея остановилась, свилась в кольца и высоко подняла голову. Не самая большая, видел Брагун и побольше, но яд ее мог убить всех пятерых путешественников. Продолжая свистеть, Брагун обнажил меч и улыбнулся неожиданному повороту судьбы. Охотник превратился в дичь.

Выдра и змея не успели сблизиться, когда раздался предостерегающий возглас зайца:

— Сверху три коршуна, во!

Молниями упали две птицы на гадюку. Змея не успела использовать свои смертоносные зубы. Клювы и когти коршунов мгновенно растерзали ее и разодрали в клочья. Испустив победный клич, крылатые хищники исчезли с добычей в безоблачном небе. Третий коршун строго покосился на Брагуна и устремился за товарищами.

— Жалею, что не научилась у тебя свистеть, — улыбнулась выдре Саро. — Хорти, да ты воду несешь!

Нагруженный кучей вещей заяц рухнул в пыль под тяжестью пожитков.

— Вода, во-во, вода, мэм, но вам придется сделать за ней еще шаг-другой. Меня больше нет, во.

Брагун снял с него ношу, поднял две тыквы с водой:

— Отдохни, отдохни, ты славно потрудился. — И он подошел к Саро, Фенне и Спринголд. В рот Фенны Брагун сначала вливал воду по капле.

Саро рассказала об опасном приключении с гадюкой:

— Перед рассветом приползла эта гостья. Такую гадость я за версту чую. Пришлось спасаться. Мы от нее — она за нами. Вовремя вы подоспели, спасибо, братцы.