— Десмодусу? Скормили? — София против воли позеленела.

— Десмодус ротундус, то есть вампир обыкновенный. Мне виденная вами тварь напомнила именно это животное. Так мы его и назвали.

— Но зачем? Если они не хотели причинить вам никакого вреда.

— О, еще как хотели. — Бальтасар вывел машину на шоссе и вдавил газ.

Девушку вжало в сиденье.

— Расскажите мне все сами, София, — произнес Бальтасар сквозь зубы. — И нам не придется второй раз за день спускаться в пещеру.

— Сумасшедший! — закричала она. — Меня никто никуда не подсылал!

— Бросьте. Те знаки Хаоса, что вы притащили профессору — подделка. Отлили из бронзы не раньше месяца назад.

— Этого не может быть! Я сама расчищала раскоп в этом месте, а нишу так вообще нашел Игнасьо. И он все подробно задокументировал.

— Игнасьо втрескался в вас по уши. Разве мог он в таком состоянии заметить, как вы подкинули в нишу ларцы?

— Я ничего не подкидывала! У вас паранойя! Сделайте в лаборатории углеродный анализ!

— Уже.

Бальтасар швырнул ей пару бумаг. София схватила листки, с неверием впилась глазами в диаграмму датирования.

— Не может быть! Это ошибка! Проверьте еще раз! Может, образец был загрязнен!

— О да, чтобы, пока я буду делать повторный анализ, вы улизнули?

Машина резко остановилась. Софию швырнуло вперед. Она ударилась лицом о переднее сиденье. Из носа хлынула кровь. А из глаз — слезы. Бальтасар одним рывком вытащил ее из машины. Схватил за запястье и перекинул хрупкую фигурку девушки через перила моста. София завизжала, когда осознала, что висит над пропастью, а далеко внизу белеет в ночи давно пересохшее русло реки Андаракс.

Каждое утро город распахивал огромные ворота, похожие на зев великана. С острыми зубьями решеток. С широким языком подъемного моста, нависавшего над глубоким рвом, наполненным песком. Во рву когда-то была вода и водились крокодилы, но после того как последние напали на зазевавшихся у моста странников, их заменили на других существ. Поднимающихся к поверхности песка только ночью и нападавших на любого, кто попытается перебраться через ров.

Сторм на миг задержался. Он и сам не понял, как это сделал, но вдруг увидел в толще песка десятки затаившихся, свернувшихся в клубки щупалец.

— Хозяева песков! — поразился он.

— Ты их увидел? — спросил Гарлин. — Это Парч когда-то постарался.

— Парч?

— Один из магов Ордена Равновесия. Он же входит в Городской Совет.

— А кто еще в Ордене? Ты обещал мне рассказать, учитель.

— В Совет Ордена входят трое людей-воинов — Сэйгим, Зостер, Ланс, врачевательница Тафит и еще два мага — Аблис и... гоблин Ратлих, который также входит в Городской Совет.

— Гоблин? — Сторм нахмурился.

— Не все гоблины служат Хаосу. Точнее, раньше для них это было нехарактерно.

Стром только фыркнул.

— Да, мы видели достаточно рядом с храмом Хаоса, — согласился маг. — Но когда увидишь Ратлиха — очень удивишься.

Затор у ворот из-за торгового каравана наконец исчез. Гарлин со Стормом смогли перебраться по мосту и, миновав внимательно глянувшую на них стражу, въехать в город.

— Ты что-нибудь вспомнил? — спросил маг у оглядывающего дома юноши.

— Нет. Но у меня очень странное чувство, что я вижу что-то хорошо знакомое. Но неужели за тысячелетия город так мало изменился?

— А надо ли ему было меняться? Тартесс строили лучшие градостроители того времени. Я бы сказал — величайшие, если бы не одно «но». Они строили его для служителей Хаоса, и те щедро платили зодчим. За добротно построенные дома, за непреступные стены, за хитрую систему оборонных строений и башен.

— Однако Тартесс пал.

— Из-за глупости своего последнего царя, посчитавшего себя неуязвимым — город отразил многочисленные нападения ромулов, захвативших некогда всю Иберию, так и не сдавшись их империи. Но Орден Равновесия тот правитель не посчитал серьезным противником. Впрочем, тогда служителей Хаоса в Тартессе не нашли. И до сих пор неизвестно, что заставило их оставить город.

— Куда мы едем, учитель?

— Обычно я всегда останавливался у Аблиса... — Гарлин задумался. — Только у него горячий характер. В буквальном смысле... Подожди меня, пока я посвящу его во все.

Сторм согласно кивнул. Они выехали на главную площадь в форме восьмиконечной звезды. От каждого луча площади расходились широкие улицы. По левой стороне располагались лавки купцов, торгующих серебром и драгоценностями. Напротив — трехэтажные здания городского совета и библиотеки, справа шли двухэтажные здания знатных и зажиточных горожан. У ворот одного из таких домов они спешились. Гарлин постучал. Распахнулась калитка, и маг, передав поводья Айи Сторму, исчез во внутреннем дворе.