— О да, ты прекрасно знаешь, что я хочу сказать, — Гарлин нахмурился. — Да, Сторм слишком молод и неопытен...

— Чует мое сердце, скоро ему представится возможность получить опыт... Нам понадобится сильный маг.

— То есть происхождение его силы тебя уже не смущает? — поинтересовался Гарлин.

Аблис чуть сконфузился.

— Уверен, Ратлих и остальные меня поддержат. А что думаешь ты, Сторм?

— Я очень ценю твое неожиданное доверие, почтенный Аблис. Но я бы на вашем месте дождался момента, когда ко мне вернется память.

— Что это значит? — нахмурился хозяин дома.

— Когда я узнаю, откуда у меня эта сила, кто и для чего ее дал, скорее всего, мне захочется отказаться от нее, если такое возможно. Учитель?

Аблис кивнул. А Гарлин вышел вместе со Стормом из дома. Коней на прогулку они не взяли.

— Никогда не замечал в тебе такую словоохотливость и острословие, — заметил учитель.

— С Ульпианом упражнялся, — Сторм улыбнулся. — Ты же мой учитель. Я никогда не перестану тебя уважать.

— Да я уж вижу... — ворчливо отозвался Гарлин, но с благодарностью взглянул на юношу. — Уел ты старика Аблиса...

Сторм передернул плечами.

— Аблис сам начал беседу с того, что пожелал меня испепелить.

— Он однозначно заслужил, — засмеялся Гарлин. — Пройдемся по центру, затем к порту и напоследок заглянем к Тафит. Ты не против?

— Конечно, нет, учитель. А завтра ты покажешь мне библиотеку?

— Ох, чувствую, нас оттуда никакими заклятиями не выгонят.

Они пересекли главную площадь и направились по западной дороге к порту. По обеим сторонам раскинулся огромный торговый район. Толкался народ, разглядывая товары и торгуясь с купцами. Лавки ломились от обилия всевозможного товара. Сверкали на солнце лезвия мечей и кинжалов иберской работы. Всеми цветами радуги играли драгоценные камни в украшениях, сделанных гоблинами. Под легким ветерком трепетали отрезы шелковых тканей, привезенных никийцами с далекого востока. На лавках турдетан были выстроены пирамиды из свежайших спелых фруктов. Дальше продавали конскую упряжь, изделия кузнецов и плотников, одежду. А у самого порта раскинулся рыбный рынок. Здесь Гарлин купил рыбы и морских гребешков, сказав, что Тафит приготовит из них вкуснейший суп. От порта они пошли на север вдоль крепостной стены и вскоре оказались около одноэтажного длинного дома. Они зашли внутрь. Внутри царил полумрак, стоял густой запах благовоний, словно они оказались в храме. Но это был Лекарский дом. Тафит жгла благовония и травы, отгоняющие болезни и придающие бодрости пациентам. Вдоль стен протянулись ряды кроватей, каждая задернутая пологом из полупрозрачной белой ткани. Большинство из них пустовало. Два лекаря сидели неподалеку от занятых больными постелей и дремали. Увидев Гарлина и Сторма, Тафит загасила лучину и подошла к ним.

— Не так уж и много у тебя больных, Тафит. Я бы даже сказал, хвала Хедину, их почти нет.

— Тяжело больных, да. Но тех, кто приходит сюда даже по пустякам, предостаточно. Если придешь завтра утром — увидишь.

— Завтра не сможем — я обещал Сторма отвести в библиотеку. А вот послезавтра мы в твоем распоряжении.

— Замечательно. Я чувствую запах рыбы — неужели с гостинцем?

— Расхваливал Сторму твой изумительный суп. Если ты найдешь время...

— Найду, — врачевательница улыбнулась. — Пойдемте, я как раз освободилась.

Они вышли из Лекарского дома, перешли дорогу и зашли в скромное жилище Тафит. Небольшой одноэтажный дом со скромной обстановкой, но удивительно уютный и чистый. Здесь тоже все было пропитано запахом лекарских трав, и Сторма стало клонить в сон.

— Эй, дружок, не спи, скоро будет ужин. — Женщина ласково тронула его за плечо.

— Трудно не уснуть, когда тут такое. Лаванда, драконьи слезы, корень олеандра, пыльца вечернего солнца, сок ночного вьюна и наверняка базилус, хоть его и не чувствуется, в отличие от его убийственного эффекта.

Тафит распахнула глаза в изумлении.

— Твой ученик действительно знает толк в травах, Гарлин.

— Но зачем такая мощная смесь? — поинтересовался Сторм. — Будь ваш дом богат, я бы подумал, что вы так защищаетесь от воров. Они придут и заснут прямо на пороге.

Он с трудом сдержал зевок. Тафит сняла с шеи керамический бутылек, открыла крышку и поднесла к лицу Сторма. Юноша вдохнул терпкий резкий аромат, и сон как рукой сняло.

— Ты забываешь, Сторм, что Тафит одна из глав Ордена Равновесия, — произнес Гарлин, тоже вдохнув бодрящий аромат. — Это защита от врагов.

— Если сюда придет убийца, это не поможет, — заметил Сторм. — Значит...

— Не стоит строить догадки, юноша, — заметила врачевательница.

Сторм пожал плечами, а Гарлин с удивлением взглянул на Тафит.

— Аблис рассказывал, что в городе спокойно и жизнь идет довольно размеренно и однообразно. Но глядя на тебя, мне теперь так не кажется.

— Ты принес тревожные вести, Гарлин. Но подобные вести приходили и до тебя. В основном это были вести о храмах Хаоса, найденных в глухих местах Тартессийской державы. Храмами их, конечно, назвать сложно. Скорее наспех созданные грубые алтари из камней с выбитыми знаками Хаоса, на которых совершались человеческие жертвоприношения. А еще несколько лет назад на два крупнейших серебряных рудника обрушился мор. Все люди и гномы погибли. Зато мор не берет гоблинов. Теперь там работают они.

— А что с добытым серебром?

— Его добыча не уменьшилась, она по-прежнему поступает в городскую казну. Но зная, как работают гоблины...

— Раза в два лучше людей...

— Остальное серебро, без сомнения, утекает куда-то еще. На шахтах были проверки, за ними устанавливали слежку. Но ничего обнаружено не было. Еще был неприятный конфликт с никийцами. Было время, они старались перекупить на рынке чуть ли не треть лавок. Местные возмутились. Слава Хедину, что до кровопролития не дошло. Но теперь никийцев здесь не любят еще больше. У них отобрали часть имеющихся лавок, и теперь они вынуждены не сами продавать свой товар, а отдавать по заниженной цене местным торговцам.