— Неужели вернулся? — спросил Бальтасар, прочтя все у нее на лице.

Но София вышла из комнаты, оставив его без ответа. Она заглянула к наставнику, предупредила. Затем, сев во внедорожник Бальтасара, поехала на побережье Малого моря.

Рэймар ждал на том месте, где они расстались. Увидев его, София не смогла сдержать радость, подбежала. Он притянул ее к себе, поцеловал.

— У тебя все в порядке? — спросил он.

— Да. Разве что Бальтасар, как обычно, досаждал в своей манере.

Рэймар засмеялся.

— У тебя, надеюсь, тоже все хорошо? Ты нашел последние звенья?

— Да. Остальные у тебя с собой?

— Нет, но... — у нее все ухнуло вниз. — Ты что же, хотел сразу отправиться на Альтерру?

— Мне придется это сделать. Прости. Но не стоит огорчаться — это ведь не последняя наша встреча.

— Хотелось бы верить, — прошептала она. — Но поедем же.

По пути в Мурсию София попросила рассказать об Аррет. Когда они добрались до места, Рэймар воззрился на особняк.

— Это что — «домик» Бальтасара? Под стать его амбициям.

— Ты еще внутри его не видел. Он однозначно страдает манией величия.

Рэймар вышел из машины, но вдруг замер, не последовав за Софией.

— У него тут слуг полно и десять поваров на громадной кухне... Рэймар?

— Я вижу, ты не сдержалась и позвала Орден, — произнес он.

— Прости, я не могла по-другому... — едва слышно сказала она.

— Артефакты и Око у них, надо полагать?

Она кивнула. А Рэймар вздохнул.

— Есть одна очень неприятная проблема, София. Ну да ладно, пойдем, поговорим...

Он последовал за ней. Едва они вошли в дом, на Рэймара оказалось направлено около двадцати автоматов. За солдатами стоял наставник с Отражающим зеркалом.

— Принц Рэймар, вы намерены сдаться?

— Для чего? — поинтересовался тот и посмотрел на Эстебана так, словно никого, кроме них, в комнате не было.

— Все ваши собратья схвачены. Тот, кто являлся «хозяином», — мертв.

— То, что я ношу это, — Рэймар медленно вытащил из-за пазухи амулет Хаоса. — вовсе не значит, что я ему поклоняюсь. Такой же амулет есть у Софии, например.

— Разве вы не прибыли с Альтерры, чтобы найти амулет вашего Повелителя и освободить его?

— На Альтерре Орден Равновесия поручил мне найти амулет, чтобы освободить Киршстифа. Но только для того, чтобы Орден смог наконец уничтожить хаосита и прекратить тем самым расползание заразы по Иберии. Киршстиф заперт в магической ловушке, но это не мешает ему оттуда раздавать приказания и подчинять...

Эстебан чуть обескураженно взглянул на него.

— Доказательства?

— Разве могут тут быть какие-то доказательства? — поинтересовался Рэймар. — У вас даже нет сообщения с Альтеррой, в отличие от ваших врагов.

— Кажется, что вы просто хотите задурить мне голову. Бальтасар рассказывал, что вы сильный маг, что он никогда прежде не чувствовал такую мощь Хаоса.

— Я — сильный маг, — подтвердил Рэймар. — Поэтому мне не совсем понятно ваше настойчивое желание сделать из меня врага.

— Это угроза?

— Предупреждение.

— Наставник, послушайте, — произнесла София. — Я же рассказывала вам, что принц Рэймар понял, кто я на самом деле, и не выдал.

— А зачем ему это, София? Разве плохо иметь вас для подстраховки?

— Чем дольше я отсутствую в Тартессе, тем больше шансов, что накалившаяся обстановка выйдет из-под контроля. Хаоситы захватят город, а я не успею никого спасти из Ордена. Вы готовы из-за подозрений обречь ваших собратьев на смерть? Я оставлю вам все за

ряженные артефакты, благодаря которым вы сможете открыть портал на Альтерре и помочь. Я же сейчас заберу только Око. Клянусь своей жизнью, что я говорю правду.

На лице Эстебана по-прежнему были написаны сомнения.

— Наставник, — вновь подала голос София. — Возможно, я знаю решение проблемы. Если принц Рэймар позволит.

Она повернулась к Рэймару.

— У тебя есть магический кинжал. Что будет, если дать попробовать ему твою кровь? То же самое, что с остальными?

Он мрачно кивнул.

— Что это значит, София? — спросил Эстебан.

— Если дать кинжалу попробовать кровь принца, жизнь принца будет находиться в руках владельца кинжала.

— Не владельца, а того, кто брал кровь, — поправил Рэймар. — И это я мог бы доверить только тебе. Никто другой приказать клинку не сможет.

— София — не волшебница, — заметил Эстебан.