— А ты торопишься делить наследство Зузинидзе? — Грег тоже улыбнулся. И тоже нехорошо. — Войны в Урусе не будет? А то ведь вернуться придется.

— Мы тихо все порешаем, — пообещал Тагиев. — Давай, Слоновски, займемся каждый своим делом.

И направился к своему мобилю. Канторщики освободили дорогу, и колонна безов потянулась к Восточному Рукаву. Вернувшийся в «Драккар» Грег вызвал передовую группу и угрюмо взглянул на часы: переговоры отняли слишком много времени.

— Спасательная команда обнаружила джип Зузинидзе. — Кауфман помолчал. — Звиад мертв. Петра исчезла. Мы блокировали Восточный Рукав и проводим тотальное прочесывание территории. Результатов пока нет.

— Печально, — буркнул с экрана коммуникатора Моратти.

— Не сомневался, что действия безов будут неудачными! — Фадеев злобно посмотрел на Мертвого. — Для чего вы пошли в Урус?

— Я считаю, что решение о начале штурма было полностью оправданным! — громко заявил Эдди Чинча. — Наблюдение показало, что на базе Зузинидзе началась перестрелка, как выяснилось впоследствии, в основное здание проникли китайцы.

— Кстати, Роман, ты не знаешь, что они там делали? — поинтересовался Кауфман.

Фадеев сжал кулаки.

— Китайцы могли оказаться на базе и по другим причинам, — примирительно произнес президент СБА. — У бандитов всегда найдутся темы для обсуждения с помощью оружия. Хотя… — Моратти покосился на Романа. — Совпадение выглядит достаточно подозрительным.

— Мне плевать на вашу подозрительность! Мне нужна Петра!!

Мертвый поднялся из кресла и, перегнувшись через стол, яростно посмотрел Фадееву в глаза:

— Тогда тебе надо было не заниматься ерундой, а положиться на меня. Понял?! Это мой Анклав, эдинбургская скотина, мой! Если бы ты не скрывал от меня информацию, твоя внучка уже была бы дома!

— Или была бы убита!! — взревел в ответ Роман.

— Господа, ни для кого не секрет, как нежно вы относитесь друг к другу, — вклинился в разговор Моратти. — Взаимоотношения выясните потом. Где-то в Анклаве бродит одинокая беззащитная и испуганная девочка. И мы должны подумать, как вытащить ее из неприятностей.

Эдди Чинча потянул Кауфмана за полу пиджака и почти силой вернул шефа в кресло. Фадеев налил стакан воды и жадно выпил, его руки слегка дрожали.

— В силу определенных причин мы не смогли начать поиски Петры сразу, — сообщил Мертвый. На Романа он не смотрел. — Штурм вызвал возмущение в Урусе, нам пришлось договариваться с канторами.

— Сколько времени вы потеряли?

— Тридцать минут.

— Мерзавец, — прошептал Фадеев.

— Уверен, повода для беспокойства нет, — вновь подал голос Эдди. И вновь продемонстрировал уверенность и хладнокровие: — Петра наверняка пребывает в состоянии аффекта. Оставшись одна, она постаралась спрятаться как можно лучше, скрыться от всех. Возможно, ушла на нижние уровни Рукава. В любом случае, я гарантирую, что мы осмотрим каждый сантиметр территории и найдем девочку.

Сразу после штурма Мертвый отозвал Слоновски, перепоручив руководство операцией Чинче: Макс не собирался гонять своего лучшего оперативника по вонючим пустырям Восточного Рукава.

— Я хочу, чтобы Кауфман лично гарантировал успех операции, — глухо произнес Фадеев.

— Не надо громких слов, — поморщился Моратти. — «Лично», «не лично»… Дождемся результатов. И если они будут неудовлетворительны, будем долго разбираться. Очень долго разбираться.

Президент СБА в упор смотрел на Мертвого. Макс пожал плечами:

— Действительно, давайте посмотрим, чем все закончится.

Моратти отключился. Эдди Чинча поднялся из-за стола и с легким удивлением посмотрел на продолжавшего сидеть Романа:

— Вы идете?

— Мне нужно поговорить с твоим шефом, — буркнул Фадеев. — Наедине.

Чинча вышел из кабинета. Дверь закрылась. Мертвый, в одно мгновение сбросивший маску старого служаки, свободно развалился в кресле, и его голубые глаза холодно оглядели Романа:

— О чем будем говорить?

Фадеев уловил перемену и понял, что Макс не против разговора начистоту.

— Думаешь, взял меня за горло?

— Пока, разумеется, не взял, — не стал скрывать Кауфман. — Но близок к этому.

— Петра — замечательная девочка, — спокойно произнес Роман. — Я чертовски привязан к ней и действительно пойду на многое, чтобы спасти ее. Но не думай, что я пойду на все. В наши дни вопрос с наследниками решается довольно просто. Даже если ты убьешь меня здесь, в Москве… — Фадеев прищурился. — Или убьешь Петру. — Мертвый вежливо улыбнулся. — Ты все равно ничего не добьешься: останется мое семя, и адвокаты родят ребенка. И будут заботиться о нем и передадут ему все мое состояние. Так сказано в завещании, и СБА присмотрит за тем, чтобы оно было исполнено в точности.